— Жёсткое у ва… нас неравенство. А что такое прорыв?

— Ну это, как явления только много сильнее.

— Явление?

— Да как ты мне надоел, хоть что-нибудь помнишь?.. Ты толи с неба свалился?

— Нет, я же…

— Не перебивай, — она продолжала мешать лекарство, — явления происходят каждую ночь. Как только солнца прячутся за горизонтом, монстры лезут из жерл. Ясно?

— Да.

— Тогда открой рот и приготовься не выпустить из него свой завтрак, — она снова закрыла мне нос пальцами и начала наклонять ступку.

Жевать её содержимое не требовалось. Но глотать от этого легче не становилось, я едва сдерживал рвотные позывы. Если бы не та мясорубка с тварями, я бы точно побрезговал. Но сейчас я не мог позволить себе такую роскошь. Пришлось есть мерзкую жижу.

Затем бабка-лекарка прочитала мне лекцию про восстановление. Рассказала, сколько ещё времени мне будет нужно валяться в мерзкой смоле. Потом она ушла. Камень на потолке погас через считанные минуты. Интересно, а как он «понимал» когда нужно отключаться? Я снова напомнил себе, что нужно быть осторожней. Ведь никаких слов «включать» или «выключать» в этом мире могло не существовать.

* * *

Прошло ещё несколько дней. Я не мог их считать хотя бы по тому, что в землянке не было окон. А ещё я старался спать, как можно больше, чтобы это мучения поскорее закончились.

Сон стал для меня тайм-скипом в реальности. Единственное, что могло служить мерилом времени, это бабка-лекарка, которая вероятно приходила каждое утро… или вечер. Не знаю, да и со счёта я давно сбился.

Ещё приходила Дарья, она кормила и поила меня. В ванну подсыпала порошки с травами, приносила греющие камни. Даже понемногу меняла чёрную смолу, как бы странно это ни звучало, на более чистую. Я чувствовал себя аквариумной рыбой, что весьма иронично при моей магической способности. Но я не жалюсь, хоть и доставались мне в основном объедки.

Когда я пошёл на поправку, то ко мне, спустя долгое время, зашли новые лица. В них я сразу узнал Риту и её брата Саву. Девчонка смотрела на меня с состраданием в глазах и желанием помочь.

Парень же кроме презрения ничего не испытывал. Я понимал, что его скорее всего заставили составить компанию для сестры, мало ли я ещё на нею кинусь и убью… Да, в этом мире я бы тоже не стал доверять очень многим.

— Привет, — сказала девчонка, посматривая, то мне в лицо, то в сторону.

— Привет.

— Здорова. Скажу сразу: ненавижу тебя, — признался коротко стриженный парень.

— Эй, — возмутилась Рита и махнула головой, от чего её золотистые волосы, собранные в хвост, всколыхнулись, — он не виноват.

— Конечно, не виноват. Виновата ты! Ты же захотела его спасти, а так бы осушили его и всё…

— Не понимаю, парень, в чём твоя проблема? — грубить в моём положение не лучшая идея.

— Отец злится, что пришлось сломать камень. Если злится он, то и я! Ясно тебе, недоделанный?! — что-то он совсем разошёлся.

— Так он вымещает злобу на тебе?

— Ты чё, а?! Может тебе врезать?

— Сава, успокойся! — Рита схватила его за руку и вежливо попросила выйти.

— Ты думаешь, я хотел сюда идти? — возмутился он, — если бы отец не попросил, то хрен бы я попёрся.

— Остынь уже, своими психами ты ничего не изменишь, — посоветовал ему я.

— Этот полудохлый малолетка ещё и учить меня будет?!

— Сава, пожалуйста, — сестра вцепилась в его руку ещё крепче.

— Рита, надоела мне твоя жалость ко всяким ущербным, — он вырвался из её объятий и отошёл, отвернув голову, — ну ты прикинь, пацан, как-то раз она помешала мне убить черныша.

— Какого ещё черныша? — будь я в нашем мире, то подумал бы, что это имя котёнка или щенка.

— Маленького монстра! Мо-о-онстра.

— Да он на котёнка был похож! — Рита нахмурилась.

— Ага, маленького миленького котёнка, который бы с радостью поигрался в твоих кишках. Всё, хотела на него посмотреть — смотри. Я там посижу, — он указал на ящик в углу.

— Сиди и молчи, — девчонка покраснела, ни то со злости, ни то от смущения.

— Спасибо, Рита. Всё хотел поблагодарить тебя за свою жизнь.

— Да, чё там… как ты, себя чувствуешь?

— Ой, эти сюси-пуси… фу! — послышалось из угла.

— Не обращай внимания, он всегда такой.

— С возрастом проходит, — сказал я, сделав мысленный фейспалм. Снова забыл, что я совсем молодой.

— Ты младше меня, твою мать! Умник нашёлся, — гневался парень, — Рит, я не хочу его больше видеть. Постою за дверью, если чё — кричи. И это, если меня увидит отец, то и тебя накажет. Так что побыстрее… — он вышел и тихо прикрыл дверь.

— Знаешь, все заметили, что ты как-то странно говоришь. Городские говорят не так.