– Куда я денусь? – невесело пошутила я и перешла к главному. – Сегодня мне встретился фьер Сморрет…

Рейнар нахмурился, но ничего не сказал.

– Он говорит, что видел тебя в ночь, когда убили Лилиану. Ты был в городе, возле её дома.

Затаив дыхание, я ждала ответа, но Рейнар молчал. И молчал очень уж долго.

– Ты был в городе? – повторила я, даже не в силах стоять спокойно. – Рейнар, ответь!

– Был, – коротко сказал он.

Значит, Сморрет не лгал… Я вцепилась в прутья решетки, теряя опору под ногами.

– Для чего ты приезжал сюда? Ты хотел увидеться с Лил?

– Нет.

– Ты можешь ответить?! – закричала я шёпотом, потому что в этот момент Рейнар злил до невозможности своим молчанием. – Он придёт и скажет это на суде!

– Я был в городе, мог проезжать мимо дома Капрета, – раздельно и медленно произнес муж, – но к твоей сестре это не имеет никакого отношения. Я не говорил с ней, не видел её в ту ночь и точно не убивал.

– Ты можешь сказать, где ты был?

– Нет, - резко ответил он, но тут же объяснился: - Это не моя тайна, Виоль. Я не могу тебе сказать, прости.

– Слишком часто просишь прощения, – сказала я с досадой, – и тут же снова скрываешь правду.

– Скрывать правду – не значит лгать.

– Замечательная отговорка!

– Но ты же мне веришь? – спросил он просто, и моя злость мгновенно улетучилась.

 – Да, верю, – наши руки опять встретились и пальцы переплелись. Было обидно чувствовать Рейнара так близко и не иметь возможности обнять его по-настоящему, поцеловать, раствориться в его объятиях.

– Это главное. Чтобы ты верила.

– Что бы ни случилось, я верю тебе и буду с тобой, – зашептала я, прижимаясь лицом к решетке. – Если… если они не поверят тебе, я продам всё, подкуплю всех – и устрою тебе побег. Я спасу тебя…

– Не безумствуй, – Рейнар погладил меня по щеке. – Я не стану бежать. Я невиновен. Если я сбегу, это будет признанием вины. Всё закончится хорошо, не сомневайся. Так хочется тебя поцеловать, – прошептал он, просунув руку сквозь прутья решётки и лаская меня под плащом, – и не только поцеловать…

Но в коридоре уже раздавались шаги, и загремела связка ключей, и это означало, что время свидания закончилось.

Я шла домой, теперь совершенно не обращая внимания на косые взгляды и обидные слова. Всё будет хорошо. Рейнар убеждён в этом, и я должна в это верить, чтобы не подвести его. Ламартеш обязательно во всём разберётся. Рейнар невиновен, и его не могут наказать без вины. Если бы ещё этот упрямец не скрывал, где находился в ночь убийства…

Впервые после смерти Лилианы я уснула крепко и без кошмаров, а наутро дядя сообщил новость – невероятную, невозможную…

Ночью Рейнар сбежал из королевской тюрьмы. Ворота Сартена закрыты, выпускают только по именным пропускам, палач объявлен в розыск, и за его поимку живым или мёртвым назначена награда в двадцать сольеров.

Это был удар для меня. Я не знала, что и подумать. Может, они тайком казнили моего мужа и списали всё на побег? А может, Рейнар и в самом деле сбежал? Но почему? Ведь только накануне говорил, что это станет признанием вины…

Сразу после завтрака нам нанёс визит фьер Ламартеш. Он долго выспрашивал у меня подробности свидания с мужем и настоятельно уговаривал признаться, если мне известно, где прячется Рейнар.

Я отрицала всё, но втайне была рада – в любом случае, мой муж жив. А вот почему он сбежал…

После отъезда дознавателя, тётя и дядя тоже долго разговаривали со мной, призывая к благоразумию, а после к ним присоединился и фьер Капрет, заглянувший к нам перед тем, как отправиться на службу. В конце концов, я не выдержала этого тройного допроса.

– Думаете, я принесла ему кольцо-невидимку? Или спрятала напильник в рукаве? – произнесла я с вызовом.
– Я знаю о том, где он, не больше чем вы.

Только тогда меня оставили в покое, я заперлась в своей комнате и не выходила до вечера.

Неужели, опять ложь? Я не хотела в это верить. Не могла поверить, что всё, сказанное вчера, было ложью, всего лишь игрой. Были какие-то причины… Рейнар не мог поступить так со мной…

Я забылась тяжелым сном, но даже в сновидениях не переставала искать мужа. Бродила по каким-то каменным лабиринтам, звала его, и вдруг он появился – я услышала, как он произносит моё имя и целует меня. Поцелуи были нежными, нетерпеливыми, и я ответила на них, боясь проснуться.