— Друзья, — Кардас был единственный, кто пришел на тайную встречу в своих привычных одеждах. — Ни для кого из вас не секрет, что наш глава велел вернуть крестьян на поля, мастеровых в мастерские, оказать медицинскую помощь раненным солдатам, а со здоровыми приказал заниматься военной подготовкой. Более того, Киан заигрывает с торговцами и магами подолгу беседуя с ними на личных аудиенциях. А рабские ошейники, хоть и приготовлены, но до сих пор не пошли в дело!

— Да куда им деваться? — не согласился широкоплечий. — Нас в десятки раз больше, а наше оружие и броня не оставят местным ни малейшего шанса на победу!

— По моей информации, — воевода, предчувствуя решающий момент в разговоре, затаил дыхание, — по моей информации, Киан собирается замириться с местными государствами!

Для многих услышанная информация стала откровением и по дворцовой мастерской, где собрались заговорщики прокатился волна шепотков.

— Он согласен на любые условия — даже если нам разрешат поселиться в Пустыне или в заброшенных шахтах! Он верит, что наш народ, благодаря своему трудолюбию и упорству, сможет найти себе место в этом мире.

— А разве это не так? — пошептал балахон.

— Несомненно так, — не стал спорить воевода, — наш народ привык жить и творить под землей и открытые пространства у многих вызывают дискомфорт… Но сколько десятков, а то и сотен лет нам понадобиться, чтобы превратить шахты в город, достойный мастеров Золотой руны? Да, сейчас нам неуютно под этим ярким солнцем, но мы привыкнем, как привыкали и раньше! Ведь сейчас мы можем не просто получить жалкий городок или кусок никому не нужной земли… Мы можем захватить весь этот мир! Наконец-то жить, а не выжать!

Кардас сделал паузу, давая собравшимся в мастерской заговорщикам осмыслить только-что услышанное. Киан был его другом детства, хороший воин, великолепный кузнец. Но созидания в главе клана было все же больше, чем воинского духа. Киан сделал ставку на мир, а он, Кардас, поставил на партию войны.

Ведь что останется воинам, собравшимся в этой тесной мастерской, если глава сумеет договориться о мире? Идти в обычные стражники? Забывать воинское мастерство? Деградировать?!

И окружающие, судя по доносившимся до воеводы шепоткам и обрывкам фраз, целиком и полностью разделяли его позицию, не желая менять верный рунный меч на кузнечный молот.

— И что ты предлагаешь? — протянул широкоплечий, вслух озвучивая повисший в воздухе вопрос.

— Киан размяк, стал слабым. Поэтому мы должны ему помочь. Во-первых, готовимся взять власть в свои руки. Расставляем на ключевые посты своих людей. Надежных. Исполнительных. Тех, кто ради спасения Отечества, не раздумывая выполнит любой приказ.

— Что дальше?

— Во-вторых, нужно показать нашему народу, что местные не заслуживают хорошего обращения. Рано или поздно в город прибудет делегация, если не армия и состояться переговоры… — он сделал паузу, словно предлагая догадаться, что будет дальше. — На которых на Киана предательски нападут, смертельно ранив, или даже убив.

— А если на переговоры прибудут маги?

— Мы используем Оковы безмолвия.

— Но…

— А когда мы возьмем власть в свои руки, — Кардас повысил голос. — Мы за несколько лет поставим этот мир на колени! Покажем, на что способны мастера и воины Золотой руны!

— Главное, — прошептал балахон, — чтобы не получилось, как в нашем мире, из которого нам пришлось бежать. Наши предки тоже хотели его захватить за несколько месяцев.

— В том мире практически не было магии, — не согласился воевода, — и мы едва могли удерживать свои территории. Но здесь! Вы сами уже почувствовали мощь наших творений!

Заговорщики одобрительно загудели, припомнив недавний штурм города Южный. Поделки местных не шли ни в какое сравнение с их доспехами и оружием.

— Только представьте, — Кардас выложил последний козырь. — Через год у каждого из нас будет свой город.

На этот раз тишина продлилась чуть дольше. Все молчали, ожидая что кто-то выскажется первым. Наконец-то вперед шагнул укутанный тенями широкоплечий воин:

— Я в деле!

— Я тоже, — прошептал балахон.

— И я!

— Я с вами!

— Согласен!

— В деле!

Кардас бесстрастно слушал примыкающих к заговору военных и чиновников, но в глубине души его бил мандраж — а вдруг кто-нибудь откажется?

И только когда каждый из присутствующих подтвердил свое участие, воевода позволил себе расслабиться.

«Прости, Киан, — подумал друг и советник главы клана-государства. — Это все ради величие нашей родины!

«Надеюсь, я не забуду этот сон!» — скрипнул зубами Алексей, чувствуя, как мастерская пропадает, а перед его взором появляется зеленый шар.