— Сегодня Али искала Трома. Кажется у мальчика появилась первая обожательница, — улыбнулся Лай, нарушая царившую до этого тишину.

— Теперь ему придется на ней жениться, иначе она не отстанет.

Представила мелкую, в фате бегающую за пытающимся скрыться Тромом, приговаривающую: «Жених и невеста — тили-тили тесто», и не смогла сдержать улыбку.

— Наконец-то мои любимые ямочки от улыбки.

— Ты мне так и не рассказал, как ты мою дверь открыл, — напомнила я.

— Все очень просто, я давно накинул на твой замок заклинание подчинения. Для неживых предметов оно очень легкое, — пояснил белобрысый. — А когда заходил, просто воздействием магии активировал заклинание.

— Покажи!

— Хм… На чем бы тебе продемонстрировать? А давай на качели! Я буду раскачивать тебя магией.

— Здорово!

Лайел сделал пасс рукой, выворачивая кисть, и что-то прошептал себе под нос. Качели не остановились и я ничего не почувствовала, раскачиваясь себе дальше, как ни в чем не бывало.

— А теперь смотри!

И он стал раскачивать меня движением рук, не прикасаясь к веревке. Я взлетала все ближе и ближе к облакам, засмеявшись от восторга и ощущения полета!

— Тебе нравиться?

— Да! Это волшебно! Научишь?

— Конечно, — улыбка не сходила с лица эльфа.

И он снова стал меня раскачивать. Но тут мне в голову пришла одна непутевая мысль и я решила не откладывать ее в долгий ящик реализовав сейчас. Качели, как и ожидалось, несмотря на старания остроухого, стали замедляться. И чем медленнее раскачивалась я на веревке, тем круглее становились глаза у эльфа и он усерднее работал руками. В темноте не видно, но кажется, он даже покраснел от натуги.

— Я такая тяжелая, что меня магия не берет? — невинно уточнила я, хотя после всех злоключений у меня торчат ребра, и я стала похожа на угловатого подростка.

— Я не понимаю… Нет, понимаю! Это ты что-то сделала! И что это было?

— Где? — я невинно оглянулась по сторонам.

Но эльф в мою непричастность не поверил и стал приближаться ко мне. Я поспешно соскочила с веревки и попыталась удрать, от рассерженного эльфа. И чего он так завелся? Это же невинная шутка! Убежать мне не дали. Он воспользовался тем, что я запуталась в полах плаща, поймал меня и прижал к шершавой коре дуба, нависнув надомной.

— Что это было? — строго спросили у меня.

— А тебе идут короткие волосы, — ответила я.

Лай растерялся, явно не ожидая такого поворота событий. Он внимательно посмотрел на меня, явно оценивая степень искренности сказанного. Не удастся ему найти подвоха, ибо я — сама искренность. Ну, почти всегда, ага.

— Ты так и не сказала, что ты сделала с моей магией, — не поддался на провокацию остроухий.

Я ответила чистую правду:

— Ничего.

— Я буду тебя пытать! — как-то не слишком грозно заявил парень.

— Но я не воздействовала на твою магию, честно!

Лай перестал меня гипнотизировать взглядом и опусти взор ниже, туда, где был вырез ночной рубашки. Хоть это место было прикрыто плащом, казалось, что он видит сквозь ткань. От такого пристального внимания у меня зарделись щеки и участилось дыхание. А еще посторонние и совершенно неприличные мысли полезли в голову. И словно вторя моим мыслям, его взгляд снова поймал мое сознание в свои коварные сети. Его руки мягко опустились на плечи, затем на ворот плаща и под него. Обогнув грудь, руки опустились почти до самой талии. Я же боялась сразу двух вещей: спугнуть мгновение и результата поползновения эльфийских рук.

Мир замер и растворился. Он придвинулся ближе, прижимая меня к шершавой коре. Я непроизвольно сглотнула, готовая к новым ощущения и впечатлениям. Мне показалось, что реальность потеряла значение, когда он коснулся губами моего ушка. А потом он горячо выдохнул:

— Может признаешься? Пытка будет страшной!

И тут я разозлись. Я ждала чего угодно — страстного поцелуя, нежных объятий, пылких речей, но только не этого вопроса! Я про него уже успела забыть и теперь в моей голове билась только одна мысль — моим состоянием воспользовались! Все мое существо возмутилось, и я попыталась оттолкнуть этого наглеца. Но меня держали крепко. Тогда я уперлась спиной в дерево, а в грудь эльфа руками. Но, несмотря на кажущуюся эльфийскую легкость и стройность, я не смогла сдвинуть эту скалу и на полпальца.

— Вижу добровольно ты признаваться не хочешь, — и подняв руки чуть выше, он коснулся кончиками пальце моих ребер.

Я замерла, а на губах белобрысого заиграла лукавая улыбка.

— Нет, — пискнула я.

— Да-а-а! — торжественно произнес он, пройдясь пальцами по моим ребер.

Щекотка пронзила все мое тело и я стала извиваться в его руках, даже не замечая какими частями тела я касаюсь его. Чем больше я извивалась, тем настойчивее был эльф. Я поняла, что только мольбы могут спасти ситуацию.