Глава 8

Понедельник, 12 сентября

Значок, служебное удостоверение, кабинет на четвертом этаже, и если бы повсюду не мелькали униформы СС, можно было бы подумать, что вернулись прежние времена. Одно плохо - у меня почти не осталось приятных воспоминании, но ведь никто никогда не испытывал особого удовольствия от пребывания в стенах Алекса, если вы, конечно, во имя интересов партии не бьете людей ножкой стула по почкам. Несколько раз меня останавливали в коридоре сотрудники, помнившие меня с прежних времен, чтобы сказать "Привет!" и выразить соболезнование по поводу гибели Бруно. Но в основном я ловил взгляды, которыми, наверное, встречают новичка в палате раковых больных.

Дойбель, Корш и Беккер ждали меня в моем кабинете. Дойбель подробно объяснял младшим офицерам, как надо наносить кулаком удар "сигарета".

– Вот так, - поучал он.
– А когда он разинет пасть, наносишь ему удар снизу. Открытую челюсть легко сломать.

– Приятно слышать, что следователи криминальной полиции не отстают от веяний времени, - произнес я, входя в комнату.
– Полагаю, Дойбель, вы научились всему этому в добровольческом полку.

Тот улыбнулся.

– Вы читали отчет о моей учебе, комиссар?

– Я много чего читал, - ответил я и сел за свой стол.

– А я вот почти ничего не читаю.

– Это меня удивляет.

– Вы прочли книги этой женщины, комиссар?
– поинтересовался Корш. Исследования психики преступника?

– У нашего подопечного и изучать-то нечего, - сказал Дойбель.
– Он просто придурок.

– Может быть, - согласился я, - но одними дубинками и кастетами мы его не поймаем. Вы должны забыть все свои привычные методы - удары "сигарета" и тому подобное.
– Я неприязненно посмотрел на Дойбеля.
– Такого убийцу трудно поймать, поскольку, вероятно, большую часть времени он ведет себя как обычный человек. А так как он не похож на преступника и мотивы его преступления не ясны, мы не можем рассчитывать на помощь осведомителей.

Криминальассистент Беккер, приданный нам на время расследования из 3-го отдела полиции нравов, покачал головой.

– Простите меня, комиссар, - возразил он.
– Это не совсем так. Что касается сексуальных извращений, у нас есть несколько осведомителей. Они, конечно, не гомики, но время от времени сообщают ценную информацию.

– Это хорошо, - пробормотал Дойбель.

– Ну что ж, - сказал я, - давайте обратимся к ним. Но сначала я хочу обсудить с вами два аспекта этого дела. Первый - девушки исчезают, а затем их тела находят по всему городу. Значит, у убийцы есть машина. Второй аспект - насколько мне известно, нет никаких заявлений о том, что кто-то стал свидетелем похищения. Никто не заявлял, что видел, как какую-то девушку заталкивали в машину, а она при этом отбивалась и отчаянно кричала. Мне кажется, это свидетельствует о том, что они садились в машину убийцы по собственному желанию, что они не боялись. Вряд ли все они были знакомы с убийцей, но вполне возможно, его внешний вид вызывал у них доверие.

– Он может оказаться даже священником, - сказал Корш.
– Или молодежным лидером.

– Или полицейским, - добавил я.
– Вполне возможно, что он может быть кем-то из них. Или всеми тремя одновременно.

– Вы думаете, что он меняет свой облик?
– спросил Корш.

Я пожал плечами.

– Думаю, не надо упускать из виду все три варианта. Корш, я хочу, чтобы вы проверили наши картотеки, не привлекался ли какой-нибудь полицейский, служитель церкви или обладатель водительских прав к уголовной ответственности за изнасилование.

Корш остолбенел.

– Я знаю, это большая работа, поэтому я переговорил с Лоббесом из руководства Крипо, и он собирается оказать нам некоторую помощь.
– Я посмотрел на свои часы.
– Криминальдиректор Мюллер ожидает вас в отделе ВС-1* через десять минут, поэтому вам пора идти.

______________

* Полицейский архив.

– О девушке по фамилии Ханке нет никакой информации?
– спросил я Дойбеля, когда Корш ушел.

– Мои люди обыскали все. Железнодорожные насыпи, парки, пустыри. Дважды протралили канал Тельтов. Больше мы ничего не можем сделать.
– Он закурил и ухмыльнулся.
– Она уже мертва. Все это знают.

– Я хочу, чтобы вы расспросили всех жителей в том районе, где она пропала. Поговорите с каждым, да, именно с каждым, включая школьных подруг девушки. Может быть, кто-нибудь что-то видел. Возьмите с собой несколько фотографий, это поможет людям вспомнить.

– Разрешите заметить, комиссар, - недовольно произнес он, - что такой черной работой занимаются ребята из полиции охраны общественного порядка.

– Эти дубы могут арестовывать пьяниц и мелких хулиганов, - сказал я. А для такой работы нужны мозги. Это все.

Дойбель смял окурок в пепельнице с таким выражением, что я понял: он желал бы, чтобы вместо пепельницы там была моя физиономия, а потом с видимым нежеланием отправился выполнять мой приказ.

– Лучше не говорите ничего плохого об Орпо при Дойбеле, комиссар, предупредил Беккер.
– Он дружок Думми Далюега. Она оба служили в Штеттинском добровольческом полку, это - полувоенная организация бывших солдат, созданная после войны для того, чтобы уничтожить большевизм в Германии и защитить германские границы от вторжения поляков. Курт Думми Далюег возглавляет Орпо.