– Господи! – Эд ждал продолжения.

– Она – уже статистика. Нет вопросов. Там дежурил наш парень. Он видел, как это случилось.

– А это хорошо, Эш? Ведь начнется расследование. Допросы соседей и все такое. Они захотят связаться с сыном.

– Ты серьезно? Все шито-крыто. У меня свои люди в этом районе. Отдыхай.

– А как насчет латиноса?

– Да кому он нужен?

– А что он сделал?

– Не знаю. Он сбежал. – Наступило молчание. – Что ты имеешь в виду?

– Ты сказал, что он ее пощупал. Что именно он сделал?

– А это важно? Черт... Джеффриз не отвечал.

– В донесении ничего не говорится. Немножко с ней побаловался, я думаю. У него не было времени ее трахнуть. Подошел поезд. Вот и все.

– О'кей, Эш. Ты можешь обставить все, как надо?

– Конечно. Все чисто. Поверь мне. Одна из жертв Нью-Йорка.

– А латиноса не найдут?

– Не-е... не думаю. А если даже найдут, ничего страшного.

– О'кей, Эш. Пришли мне донесение.

Герни их переоценил. Шло утро третьего дня, а в лес никто не приходил. У них кончалась еда. Рейчел устала и замерзла. Прижавшись друг к другу, они сидели в укрытии и шептались, словно дети, играющие в прятки.

– Ты говорил, двадцать четыре часа.

– Я так думал, – пожал плечами Герни, – но они обязательно придут.

Он посмотрел на часы: они сидели в укрытии уже более двух часов. Утром они бродили по лесистому склону холма в поисках следов и сейчас не собирались задерживаться в укрытии – это было опасно.

– Чем будем питаться?

– Дарами леса. Кроликами, голубями. Но до этого не дойдет.

– Ты уверен?

– Уверен. Они где-то близко. Только ищут не там, где надо. Пошли.

Выйдя из укрытия под ледяной ветер, Рейчел спросила:

– А мне нельзя остаться?

– Конечно нет.

Он начал свой четырехмильный обход. Шел медленно, держась подальше от деревьев. Они установили несколько наблюдательных пунктов: с каждого открывалась новая панорама долины и леса. Рейчел шагала за ним, засунув руки в карманы своего жакета. Ночью выпал снег, но они не старались замести следы и, походив минут пятнадцать, возвращались в укрытие.

Пройдя более мили, они остановились и оглядели долину.

В светлом, как жемчуг, небе носились птицы – долина была их домом. На склоне паслось небольшое стадо оленей. Вожак, щипавший папоротник в местах, где не было снега, то и дело принюхивался к воздуху.

Проследив за взглядом Герни, Рейчел посмотрела дальше, на море.

– Мы могли бы доехать на «порше» до Лондона, – сказала она, – а там уйти в подполье.

– Почему же ты не уехала?

– Одна?

Присев на корточки, Рейчел стала рисовать на снегу.

– Что ты собираешься делать?

– Игра стала сложнее, чем прежде, – прислонившись к дереву, ответил Герни. – Они хотят убить не только Дэвида Паскини, но еще меня и тебя. Так я думаю. Именно поэтому ты здесь. Все изменилось. Пока я только мишень, но превращусь в жертву, если они осуществят свой замысел. Меня это, разумеется, не устраивает. Надо на что-то решиться: нельзя прятаться вечно.

– Ты подумал, с кем собираешься тягаться? – спросила она.

– А что они сделают? Пришлют морскую пехоту? Взорвут графство Сомерсет?

Герни встал и увидел, что олени подошли к реке. Один из них то и дело отделялся от стада и замирал, причем делал это так грациозно, словно позировал для художника.

Герни опустился на корточки.

– Выбора нет.

Она молча кивнула.

– Иначе я не стал бы действовать таким образом.

– А если ты ошибаешься и они сюда не придут?

Рейчел сделала движение, порываясь встать на ноги, но Герни предостерегающе коснулся ее плеча.

– Их двое, – прошептал он. – Если они запросили подкрепление, для них же хуже. Они идут по холму, как раз в том месте, где паслись олени... уходят на вершину.

– Что будем делать? – Рейчел устремила неподвижный взгляд в долину.

– Они удаляются от нашего убежища, но в конце концов все равно его найдут. Мы опередим их.

Он повернулся и пошел обратно по своим следам, пригибаясь к земле. Рейчел больше не чувствовала холода, но от напряжения дрожали ноги.

Герни миновал укрытие и, пройдя еще двести ярдов, остановился и прислушался. Тишину нарушали только голоса птиц.

– Я вернусь в укрытие, – тихо произнес Герни, – а ты пойдешь к шоссе. По дороге увидишь изгородь, за ней – поле. Перейди его. Только старайся держаться поближе к деревьям, на открытые места не выходи.

– Мы расстаемся? – испуганно спросила Рейчел.

– Их нужно разделить. Через десять-пятнадцать минут ты будешь уже далеко отсюда.

– А вдруг они оба будут преследовать меня?

– Не думаю.

– Господи! – вздохнула Рейчел и, не оглядываясь, бросилась вперед. Герни схватил ее за руку: