— Грэй обещал, что если я проголосую на том совете… — быстро заговорил Гвала.

— Заткнись! — рявкнул глава полуночников, — Ты несешь чушь!

— А печать? Мы были свидетелями того слова, сказанного Кабанами…

— Да, да, все так… — пролепетал Рюгла, будто очнувшись от сопливого транса, — Оракул сказал нам, что ересь просветленных не считается…

— Молчи, скотина! — это крикнул уже Рульф.

Ни прецептор, ни приор не мешали зверям раскрывать друг друга. Сейчас настал такой момент, что заговорщикам приходилось выторговывать себе помилование.

— Грэй сказал, что, когда станет Альфой, позволит Рысям сообщить об ауритовой жиле приору… — как ни в чем не бывало, продолжил Гвала.

— Альфой?!? — взорвался Рагнар, — Ах ты, дерьмо нулячье! Как посмел!

Он двинулся было к Рульфу с Грэем, но не дошел. Рядом возник тот среброволосый, преградив путь.

— Не мешай суду великого прецептора, зверь, — холодно произнес Мэйнард, обнажив меч.

Его клинок тоже внушал размерами. Сильверит, с золотым кровостоком, и гарда, инкрустированная камнями. Я даже невольно залюбовался.

— Полегче, Мэйнард, — Зигфрид осадил своего рыцаря, — Все под контролем.

— Простите, мой господин, — ответил тот. Было непонятно, к приору или прецептору он обращается.

— Но Грэй, ты же сказал, что это Кабаны сообщат о жиле, — подал голос обиженный Рюгла.

Все повернулись к Кабану. С каждой секундой становилось все интереснее и интереснее.

— Заткнитесь, — шипел Грэй.

— Белые Волки принадлежали Кабаньим Клыкам. Кому, как не нам, сообщать о жиле? — возмутился Рюгла, утирая сопливые слезы.

Грэй молчал, бросая безумные взгляды то на Гвалу, то на Рюглу. Он до последнего боялся коситься на оракула Рульфа, но что-то, видимо, в нем сломалось.

— Оракул… — выдавил Грэй.

— Молчи, жалкая скотина, — Рульф шипел, как змея, — Молчи, если хочешь жить!

— Молчать? — полуночник не выдержал и повернулся к нему, — ТЫ обещал мне силу, но этот демон все три года…

— ЕРЕТИКИ!!! — крик Мэйнарда громыхнул под сводами.

Головы Рульфа с Грэем, срубленные одним движением клинка, покатились по каменному полу. Среброволосый рыцарь, тяжело дыша, стоял с отведенной рукой, с его клинка слетели капельки крови.

Я только покачал головой. Как удачно этот рыцарь оказался ближе всех к заговорщикам.

— Что ты наделал, идиот? — только и выдавил приор Зигфрид.

Мэйнард, будто бы только сейчас узрев, что же он натворил, бухнулся на колени, и положил меч перед собой.

— Великие мастера, прошу великодушно простить меня. Я не совладал с собой, не удержался, — он вытянул руки, отодвигая меч вперед, — Я готов ответить за свою ненависть к ереси.

Прецептор наконец подал голос. Даже его удивило то, что здесь произошло.

— О каком демоне они сказали?

Его взгляд заскользил по всем присутствующим.

«Поднебышек, будет больно, но я закрою твою память», — раздался голос Белиара в голове, и сразу все мое тело свело судорогой.

Следом же по мне игольчатым катком проехался взгляд прецептора, остановился ненадолго, выворачивая меня наизнанку, и пошел дальше. Когда глаза Аластора зависли на Рюгле, тот упал на колени, захныкав:

— Там, в пещере, сидел на цепи бес, — он уткнулся лбом, оставляя мокрые следы под собой, — Я никогда не подходил к нему, там какая-то странная магия… Грэй и Рульф сами, они все сами… Эти нули…

При слове «нули» взгляд прецептора на миг упал на меня.

— Молчать, — коротко отрезал Аластор, — Зигфрид, следи лучше за своими подчиненными.

Приор кивнул, не сводя глаз с Мэйнарда, распростершегося на коленях. Он сам едва сдерживался, чтобы не пнуть среброволосого, но люди не хотели устраивать разборки на глазах зверей и первушников.

Я остро чувствовал, что от меня просто так не отстанут. Тронув Фолки за плечо, я прошептал:

— В тюфяке спрятан мешок. Забери его, но внутри ничего не трогай. Иначе погибнешь.

— Первуха… — помощник Хильды нахмурился, но потом коротко кивнул.

Я был благодарен Фолки, что тот не задавал лишних вопросов.

— Я вернусь за ним, — закончил я.

В этот момент Аластор подошел к молоту, поднял его на плечо, и произнес:

— Слушайте мой приговор, земли Серых Волков, — он обвел взглядом собравшихся вокруг зверей, — Кабаны и Скорпионы уже знают свою судьбу. Пятнистые Рыси…

Гвала смиренно склонил голову:

— Слушаю, ваша светлость.

— В этом году отправите вдвое больше рекрутов на восток. То же самое касается и Серых Волков, — прецептор повернулся к Альфе, — Рагнар, с тебя рекруты, ясно?