— Джонатан, — в ужасе прошипела Сибил.

— Все в порядке. — Джонатан нежно потрепал ее по руке. — Мне нравится то, что он тебя оберегает, дорогая. Ты тоже должна это ценить.

Сибил стала внимательно разглядывать потолок, щеки ее горели смущенным румянцем.

— Не стесняйтесь проверять все, что пожелаете, — серьезно сказал Оливеру Джонатан. — Я попрошу моего бухгалтера направить вам копии моих последних налоговых отчетов, если это поможет.

— Спасибо, — сказал Оливер. — Это было бы очень полезна.

Сибил сердито уставилась на него.

— Предупреждаю тебя, Оливер, не смей меня позорить.

— Я и не думаю этого делать, Сибил! — Оливер повернулся к Энни:

— Ты готова идти?

Энни была удивлена, мягко говоря.

— Разве мы уже уходим?

— Да.

Энни принялась было спорить, но что-то в выражении лица Оливера остановило ее. Она повернулась к Вэлери:

— Ну хорошо, в таком случае прими еще раз мои поздравления, Вэлери.

— Спасибо, — тихо сказала та. Сделав шаг вперед, она быстро и нежно обняла Энни. — За все.

Энни смущенно улыбнулась и попрощалась с остальными Рейнами. Оливер взял ее за руку и направился к двери. И опять перед ним, как по волшебству, расступались люди.

У обочины в лимузине ждал Болт. Он вышел, чтобы открыть им дверь.

— Почему мы так торопимся? — спросила Энни, когда Оливер аккуратно запихнул ее на заднее сиденье машины. — Мне так понравилось.

— Извини, мы действуем в соответствии с расписанием, — сказал он, усаживаясь рядом с ней.

— Каким расписанием? — Энни старалась в темноте прочитать что-либо на его лице, пока Болт отъезжал от тротуара.

— У меня сегодня вечером деловая встреча. — Оливер взглянул на светящийся циферблат часов на панели лимузина. — Я провожу тебя домой, а затем Болт отвезет меня на встречу. Вернусь через пару часов.

— Ты ничего не говорил об этой встрече. Насколько мне известно, у тебя по вечерам никогда не бывает деловых встреч. Что ты задумал, Оливер?

— Тебя это никак не касается, Энни.

— Значит, наоборот, меня это точно касается. Предупреждаю, Оливер: если ты не объяснишь мне, что происходит, я пойду с тобой на эту так называемую деловую встречу.

Казались, угроза его удивила.

— Нет, Энни, ты не пойдешь со мной.

— Скажи, куда ты идешь.

— Мне бы не хотелось.

— Подожди секундочку, это имеет отношение к тому, что недавно произошло, так?

Оливер помедлил.

— Некоторым образом. Это имеет отношение к Бэрри Корку.

— Какое? — быстро спросила она. — Он ведь все еще без сознания?

— Да, насколько нам известно. — Оливер несколько секунд смотрел на нее, как бы раздумывая, что можно ей сказать. — Мы с Болтом собираемся сегодня вечером взглянуть на его квартиру. Это не займет много времени.

— Зачем? — спросила Энни. — Что вы там собираетесь найти?

— Не знаю.

— Я пойду с тобой.

— Нет, Энни.

— Да.

Он слегка улыбнулся в темноте.

— Нет.

Спустя три четверти часа Болт уже что-то сделал с замком задней двери небольшого дома Корка. Дверь бесшумно открылась.

— Я не думал, сэр, что вы сумеете убедить миссис Рейн остаться дома.

— Миссис Рейн достаточно умна, чтобы понять, когда она проигрывает спор. — Оливер оглянулся, желая убедиться, что крошечный дворик пуст.

А вдруг залает собака или появится любопытный сосед — этого они боялись больше всего. К счастью, окрестности Северного Сиэтла были спокойными, почти пустынными.

Доставив Энни домой, они с Болтом сменили лимузин на «мерседес», дабы не привлекать внимания местных жителей.

Оливер вошел в дверь и очутился в кромешной темноте. Занавеси были задвинуты.

— Вы только не обижайтесь, сэр, но я был удивлен, когда она с такой легкостью сдалась. — Болт следовал за Оливером.

— Просто я облегчил для нее задачу, сказал, что если она будет настаивать на своем, то я отменю весь план.

Энни пришла в негодование, но в конце концов поддалась угрозе. Конечно, Оливер не признался Болту, что и сам он был удивлен и какое почувствовал огромное облегчение от этой относительно легкой победы. Вероятно, следует быть с ней построже.

«Проблема с Энни заключается в том, — думал Оливер, вынимая небольшой карманный фонарь, — что ей многое сходит с рук». Она сразу же взяла на себя инициативу в их отношениях. Сначала Энни диктовала ему условия их женитьбы, затем попыталась внедриться в уклад всей его жизни. Она давала свои указания даже в постели.