— Черта с два. — Но в голосе Хью слышалась не столько злость, сколько обреченность.

Он подошел к столу, взял Мэтти за подбородок и крепко поцеловал. То был поцелуй скорее собственника, чем влюбленного. Поцелуй мужчины, желающего подтвердить свои позиции в присутствии другого мужчины. Реакция женщины особого значения не имела. Здесь главным было отношение того, другого.

Мэтти холодно улыбнулась.

— Ну вот, расставил все по местам.

— Боже мой, — пробормотал Эмери. — Как ты только выносишь этого ужасного человека, Мэтти? Эриел смогла терпеть его всего несколько недель.

— Самое главное — по большей части не обращать внимания, — жизнерадостно пояснила Мэтти.

Хью в шутку угрожающе зарычал. Прислонился к столу Мэтти и сложил руки на груди.

— Ладно, выкладывайте. На что вы сегодня нацелились?

— Мы предполагаем пройти пару кварталов по улице до книжного магазина, — сообщил ему Эмери. — Надеюсь, это никак не затронет вашего безнадежно устаревшего чувства собственной территории.

— Да нет, чего там. Я пойду с вами, такой уж я покладистый.

— А разве вы не на работе? — прозрачно намекнул Эмери.

— Взял отгул на полдня. Я так часто делаю. Моя важная и сложная работа начальника дает мне такую возможность.

— Как странно, — пробормотал Эмери. Мэтти откинулась в кресле.

— Нет никакой надобности тебе идти с нами, Хью. Это займет всего несколько минут.

— Не беспокойся, детка. У меня ничего важного не запланировано. Я не возражал бы посетить хороший книжный магазин.

— Как, вы умеете читать? — удивился Эмери.

— Иногда даже не шевеля губами, — уверил его Хью.

— Поздравляю. Большое достижение для человека с вашими своеобразными качествами.

— Джентльмены, — настойчиво вмешалась Мэтти. — Я была бы вам крайне признательна, если бы вы препирались за стенами моего офиса и не в моем присутствии. Если не можете быть вежливыми друг с другом, уходите, пожалуйста. Или немедленно заткнитесь и дайте мне возможность закончить работу, после чего мы все отправимся в книжный магазин.

— Разумеется, — сказал Хью. — Кстати, а вообще-то зачем мы собираемся совершить это путешествие как одна большая, счастливая семья?

— Мы посмотрим на первую книгу из новой серии детективов Эмери. Ее вчера привезли в магазин, а сегодня должны выставить на продажу.

— Откуда ты знаешь?

— Я звонил, — холодно пояснил Эмери. — Разумеется, анонимно. Хью усмехнулся.

— Разумеется. Готов поспорить, что ты звонишь анонимно уже пару недель, верно? Эмери вздохнул.

— Слушай, Мэтти, и что ты в нем нашла?

— Иногда мне это трудно объяснить, — призналась она.

— И не начинай, — предупредил Хью.

— Она мне сказала, что вы собираетесь остаться в Сиэтле на более или менее постоянное жительство, — промолвил Эмери, кладя ногу на ногу и поправляя стрелки на брюках. — Лично я считаю, что вы нахально врете.

— В самом деле?

Мэтти обеспокоенно подняла голову, заслышав в тоне Хью ледяные ноты.

— Да, — ответил Эмери, — в самом деле. Вы ведь просто притворяетесь, Эбботт, разве не так? Готов поклясться, что вы выжидаете время, а втайне собираетесь умыкнуть Мэтти на тот Богом забытый остров, который вы зовете домом.

— Ну и что? — протянул Хью. — У тебя что, есть возражения?

— Кстати говоря, есть. Мэтти — женщина цивилизованная и заслуживает цивилизованного окружения. Конечно, решать ей, но я хочу, чтобы вы уяснили одно, Эбботт.

— Что же именно? — спросил Хью, причем тон его опустился еще на несколько делений ниже нуля.

— Мэтти мой друг. Если я узнаю, что вы плохо с ней обращаетесь или что она несчастна, вы обо мне услышите. Понятно?

— Ну и что это будет, Блэкуэлл? Дуэль на пистолетах на рассвете?

Возмущенная, Мэтти вскочила на ноги.

— Немедленно прекратите, оба. Немедленно, слышите?

Эмери величественно поднялся.

— Будьте осторожнее, Эбботт. Может, вы меня и на несколько лет моложе, но это лишь означает, что у меня было больше времени, чтобы стать злее и искуснее. — Он повернулся к Мэтти:

— Ты готова, сердце мое?

— Ну, не уверена. — Мэтти оценивающе разглядывала мужчин. — Как вы понимаете, я к такому не привыкла. Никогда двое мужчин из-за меня не ссорились. Мне так понравилось слушать, как вы рычите, рявкаете и огрызаетесь, что мне жаль прекращать представление.