Давление росло, пока оно, казалось, не заполнило мою голову, пока не заглушило звук ветра, травы, птиц, и в этот момент словно кто-то выключил свет. Мои глаза казались слишком большими для глазниц, моя кожа была слишком неэластичной, чтобы удерживать тело, мои суставы показались мне неудобными, когда я опустилась на колени.

Я подняла голову и увидела, что рот Лиама двигается, но не было ни звука.

Мое сердцебиение было таким громким, таким медленным, что я подумала, это марш наступающей армии. Я оглянулась вокруг, пытаясь найти источник, разглядеть батальон, который явно приближался к нам. Но не было ничего, кроме солнечного света и травы. Я прижала кулак к груди, почувствовала удары и попыталась вдохнуть сквозь дымку.

Лиам упал на колени и прикоснулся рукой к моему лицу, и я увидела панику в его глазах.

Я боролась с собственной растущей паникой, пытаясь думать, что мне с этим делать. Хоть о чем-нибудь полезном: и мне вспомнилось последнее путешествие на самолете, которое я совершила, и о том, что сработало, когда мои уши начали болеть от повышения давления. Не имея лучшей идеи, я закрыла глаза, зажала нос и подула.

Звук вернулся с резким треском, когда давление в моей голове выровнялось.

— Клэр? Клэр!

— Я в порядке, — ответила я, морщась от внезапного увеличения громкости. Меня все еще трясло, и я все еще чувствовала себя раздутой от силы. Но, по крайней мере, туман исчез. — Это… магия. Я приспосабливаюсь.

— Хорошо приспосабливаешься? — спросил Малахи, осматривая меня.

— Приспосабливаюсь, — снова сказала я. — Это все, что я готова на себя взять. — Я посмотрел на Лиама, быстро осмотрела его и обнаружила, что он выглядит как обычно. — Ты в порядке?

— У меня все хорошо, — ответил он, но в его голосе послышалась какая-то резкость. Он посмотрел на Малахи. — Она борется со мной.

Малахи подошел ближе.

— Как?

— Она хочет… внутрь. Или наружу. Или… Я не знаю. Может быть, я этого хочу. Хочу схватить ее. Что-то в моей голове — шестое чувство, то, что чувствует магию. Это… понимание того, сколько ее здесь.

— Магия вне тебя, — сказал Малахи. — Она не сможет добраться до тебя, если ты ее не примешь. Если ты не втянешь ее. А ты сильнее этого.

В его глазах кружилось золото, блики и вспышки.

— Ca va [27] , — произнес Гэвин, сидя на корточках перед нами. — Прекрати это, fr`ere [28] . Прояви немного упрямства старшего брата и отбейся.

Лиам зажмурился и покачал головой.

— Она хочет…

Со все еще кружащейся головой и полная магии, я обхватила его лицо руками.

— Лиам. Борись.

Он покачал головой, на его лбу заблестел пот, когда он начал свою борьбу, которую мы не могли видеть.

— Лиам, — снова сказала я. — Останови это. — Я сделала свой тон настолько резким, насколько смогла. Настолько настойчивым, насколько получилось. — Игнорируй магию и возвращайся. У нас есть дела, а ты тратишь зря время.

— Сила, — тихо произнес он. — Так много ее наготове.

— Не твоя сила, — сказала я. — Она не для тебя, и тебе не нужна. У тебя есть самоконтроль. Ты просто должен его использовать.

Он яростно покачал головой, под моими руками напряглись мышцы. Я убрала их с его лица, взяла его сжатые кулаки и поднесла к губам. Поцеловала каждый по очереди.

— Я здесь, — прошептала я. — Я знаю, ты можешь это сделать. Ты сильный. Ты невероятно красивый, и если ты не остановишь это сам, я использую свою магию, чтобы вырвать из тебя это желание. И я не думаю, что ты этого хочешь.

Его глаза открылись. Золото, которое в них кружилось, принялось рассеиваться… и исчезло.

— Ты тут? — попросила я, отчасти остерегаясь, что он не сможет ответить.

— Я тут. — Его глаза прищурились. — Ты угрожала мне магией?

— Лишь малость. И для твоего же блага.

Он закрыл глаза, повернул лицо, прижимаясь к моей ладони и улыбнулся.

— Всегда хотел девушку, на которую можно рассчитывать.

Я выдохнула. «Он вернулся».

— С ним все в порядке, — сказала я и практически почувствовала облегченный коллективный выдох группы.

— Сегодня будешь спать очень хорошо, — промолвила я. — Это была хорошая тренировка.