— Сейа Крыж, вы антропологичка или докторка? — довольно невежливо перебил ее Ренат. — Пусть разбираются специалисты. А мы отсюда убираемся!

— Я просто много читала, — обиделась Ольга. — И умею думать, в отличие от вас!..

Ренат так и взвился. Неизвестно, что бы он наговорил женщине, но Примек Варвич решительно встал между ними.

— Я согласен с доктором Ольгой, — отчеканил он. — А сейчас нам надо спешить.

Взял женщину за руку и повел к флайеру. Ольга вырвала руку. Не хватало еще, чтобы ее опекали, как маленькую. Сломанная рука — еще не повод относиться к ней, как к существу второго сорта. Хватит. В прошлом, которое она почти забыла, ей много пришлось стерпеть, когда с нею обращались, как с маленькой глупой девочкой. Слава богу, эти времена прошли. И она скорее действительно прыгнет в море, чем допустит, чтобы ее опять оскорбляли и унижали!

Бло Блу смотрел на паразитов из-под воды. Дышать пока еще было тяжело — организм словно не желал возвращаться к прежнему образу жизни, и его так и тянуло во внешний мир — опять ощутить прикосновение воздуха к щекам, вдохнуть его в себя, чувствуя, как внутри что-то расправляется и начинает жить своей жизнью. Сейчас опять работали слегка подсохшие жабры. Самые края нежных лепестков успели завянуть окончательно. Если не нарастут новые, ему придется распрощаться с мечтой вернуться к соплеменникам и жить полной жизнью. Нет, его могут простить и опять принять в племя, если он свалит ответственность за убийство солнечника на паразитов. А может, убийцу уже нашли без него и скрываться дольше не имеет смысла… интересно, сколько прошло времени с тех пор, как он попал в плен?

Сколько бы ни было, прямо сейчас он вернуться к своим не может. Во-первых, из-за жабер. Сейчас они работают слабее обычного, и на глубине Бло Блу начнет задыхаться. Кроме того, при недостатке кислорода в крови не разовьешь большую скорость, а это значит, можешь не успеть спастись от врагов. Надо подождать хотя бы пару дней, пока не отрастут новые лепестки взамен увядших. Потом еще мышцы — от долгого бездействия они ослабли, придется какое-то время их разрабатывать, нарезая круги на мелководье. И, наконец, третье — эти паразиты. Он должен разузнать о них как можно больше.

«Э, кого я обманываю? — оборвал он сам себя. — Я ведь почти установил контакт с одним из них. И мне ужасно хочется увидеть этого паразита еще раз! Просто увидеть, но так, чтобы между нами не было стенки той раковины. Он ведь наверняка разумен, этот паразит. А если разумен один, разумны и все остальные представители его вида… ну, в большей или меньшей степени! Значит, мы должны найти общий язык, раз уж живем в одном мире!»

И, рассудив так, Бло Блу продолжал наблюдать и заметил странную вещь. В отсутствие погибшего водяного паразита они нашли себе нового хозяина, только на сей раз не водоплавающего, а умеющего прыгать так высоко и далеко, что просто захватывало дух. У прыгающего паразита был обтекаемый гладкий панцирь, за который паразитам просто негде было цепляться, и они забирались ему {под} панцирь, отодвигая крупные пластинки по бокам. Именно этот новый хозяин-симбионт доставил их из пещеры на берег. Это открытие порадовало Бло Блу — ведь прыгающие твари вряд ли полезут в воду. Они будут проводить большую часть времени во внешнем мире и не станут нарушать границы. Значит, с ними можно ужиться. Другой вопрос — если эти паразиты разумны, то для чего им существо-хозяин? Но над этим он будет думать потом.

Только дождавшись, пока паразиты не уберутся от берега — прирученная тварь взвилась в воздух так легко и стремительно, что захватывало дух — Бло Блу повернулся и не спеша поплыл вдоль берега, отыскивая удобное местечко, где можно обустроить временное жилище.

Едва «Москит» приземлился на поляне, как к нему со всех сторон бросились остальные.

— Где вы были? Что случилось? Куда вы летали? — посыпались со всех сторон вопросы.

Ренат и Асель уже набрали побольше воздуха в грудь, чтобы начать оправдываться, но Ольга остановила их решительным жестом:

— Мы сделали то, что посчитали нужным.

— Выбросили черепоида? — кое-кто все-таки заметил отсутствие главного «экземпляра».

— Отпустили на свободу, — решительно поправила Ольга. — Мы не имеем права решать его судьбу за него.

— Вот еще! Он дикое животное и…

— Он {разумное существо}, - отрезала женщина. — Представитель местной цивилизации, если вам так понятнее. И у нас достаточно доказательств тому, что эту планету надо закрыть для колонизации… по крайней мере, до тех пор, пока мировое сообщество не установит уровень развития здешней цивилизации и не определит, что контакт с инопланетянами не принесет оханцам большого вреда.

— Кому-кому? — профессор Трент — это он был главным спорщиком — аж привстал на цыпочки, чтобы быть одного роста с собеседницей.

— Оханцам, жителям Оханы. Они не черепоиды и не монстры. Они — оханцы, понятно? И доказательство того, что тут еще недавно существовала развитая цивилизация, вон они! Обернитесь!

Ольга ткнула пальцем в видневшиеся за деревьями вершины хребта. Над некоторыми полыхали вспышки, в воздухе слышалось эхо отдаленно гула.

— Нас по-хорошему надо судить за то, что мы нанесли вред этой планете, — пробормотала Ольга. — Это же экологическая катастрофа!

Варвич, услышав ее слова, чуть отодвинулся от нее.

— Одного меня, — сказал он и, обернувшись, поискал глазами капитана Гримо. — И тогда ты легко от меня избавишься. По закону. Даже благовидный предлог придумывать не надо!..

Сразу несколько человек уже открыли рты, чтобы высказать бывшему старпому все, что думают об этом его предложении, когда на сцене появилось новое действующее лицо.

Выбравшись на поляну, он огляделся, бросив вопросительный взгляд за спину, кому-то кивнул и, набрав побольше воздуха в грудь, отчаянно завопил: