— Для начала — сменить в «аквариуме» воду. Потом подключить усиленную аэрацию… Я схожу за стимуляторами. Может быть, еще не поздно его спасти!

— Вы так хлопочете, словно это — последний экземпляр, — хмыкнул аспирант.

— А вы так равнодушны, как будто это не так! Откуда вы знаете, сколько этих существ обитает в морях Оханы? И какова их роль в экологии планеты? Кроме того, я — врач. И не могу остаться в стороне, когда кто-то испытывает страдания!.. Ну, что вы застыли? Где у вас тут шланг, чтобы слить отравленную воду?

— Эм… — парень еще яростнее стал скрести затылок, словно пытался выцарапать нужную вещь из-под волос. — А его нет.

— То есть, как — нет? А как же вы тогда…

— Вручную. Вот этими самыми емкостями натаскали. Погрузили на флайер…за несколько ходок все и перетаскали. За какой-то час…

— Приступайте! — крикнула Ольга, выскакивая за порог. Заметалась, пытаясь самостоятельно найти выход с технической палубы на жилую, кинулась стучать с соседние двери-отсеки.

На стук отъехала одна из переборок. Высунулась физиономия Тора Брежняка:

— О, докторка Крыж? Вы что тут…

— Помогите! Там пациент… при смерти! — не придумала ничего лучше, как выпалить она.

Четверть часа спустя по авральной тревоге была поднята почти вся команда «Баядерки». Матеря «дебильных головоломов, которые сначала напортачат, а потом свалят на хрен к чертям космическим, заставляя за ними дерьмо разгребать», Гурвиль нагрузил в «Москита» контейнеры и улетел к берегу вместе с одним из механиков, а остальные, выстроившись по-старинке цепочкой, черпали из аквариума зараженную воду.

В разгар событий откуда-то появился профессор Якорн. Вместе с унылой Таишей, которая волокла за ним автоклав с образцами генетического материала, он проводил глазами навигатора и энергетика, которые сновали туда-сюда, выплескивая воду строго под дюзы корабля — там почва все равно оплавилась во время посадки и лишняя химия повредить погибшей от огня растительности не могла.

— И что тут за веселье? — поинтересовался профессор.

— Да ваши коллеги монстра поймали и чем-то его отравили, — на ходу бросил навигатор, взбегая по ступенькам с пустыми ведрами. Навстречу ему уже спешил с полными ведрами энергетик.

— Так я и знал! — профессор расплылся в довольной улыбке. — Видите, аспирантка т’Эс, к чему может привести авантюризм?

Но Таиша его не слушала. Она тревожно смотрела в нутро «Баядерки», и контейнер слегка подрагивал в ее руках.

— Профессор, а можно я… ну…

— После основной работы — делайте что хотите, — скривился тот. — А пока выполните мое задание. Это важнее. В этом, — он постучал пальцем по автоклаву, — не только ваша диссертация, но и ваше будущее! Не стоит его губить раньше времени!

Девушка сникла.

Ольга была тут же. Она вместе с Аселем подавала наполненные водой пожарные ведра, твердя только одно:

— Осторожнее! И побыстрее! Побыстрее… и осторожнее!

Когда вода была вычерпана на три четверти и часть панциря лежащего на боку на дне монстра показалась над водой, женщина, недолго думая, прыгнула к нему внутрь.

— Осторожнее! — хором заорали на нее Асель и Тор Брежняк. Она только отмахнулась.

Пальцы коснулись влажной плоти. Ольга невольно содрогнулась. Это была и кожа, и не кожа. Нечто плотное, шершавое, покрытое словно слоем слизи. Странно — шершавое и слизистое одновременно. Словно смазанная жиром замша. Один раз коснешься — не забудешь.

«Забудь! — тут же приказала она себе. — Ты не любопытствующая дамочка и не сумасшедший ученый. Ты — врач, а у тебя на руках пациент!» И плевать, что она училась лечить людей, а тут подошел бы инопланетный ветеринар. У всех живых существ есть кровь, есть сердце, есть внутренние органы, и парные органы всегда расположены симметрично, а непарные — по центру, ну или почти по центру. И если это существо дышит кислородом и живет в воде, которая сродни привычной для человека разумного жидкости, значит, он и внутри просто обязан реагировать также на лекарства, как и обычные люди. И даже может быть аллергиком…

Отгоняя от себя непрошенные мысли, Ольга тем временем действовала. Вернее, действовали ее пальцы, ощупывая складчатую кожу монстра. Искать надо было в том месте, где шея соединяется с плечом. Бока и спина монстра были закрыты панцирем, наподобие черепашьего, но брюшного щитка как такового не имелось. Там была просто очень плотная кожа, огрубевшая настолько, что ее, казалось, не вдруг пробьешь. Ольга бы и не рискнула проводить полостную операцию обычными инструментами. Но между верхней пластиной и нижней частью оставалось достаточно свободных мест, В основном на шее, ключицах и плечах. И там, почти засунув пальцы под пластину, она нащупала пульс.