Трижды в нашем доме появлялся мужчина грубого и сурового вида, со шрамами на лице, но очень богато одетый. Все эти мелких раза я получила от него в подарок компьютер, велосипед и в последний коллекцию золотых монет.

Мать погибла в клубе во время какой-то пьяной потасовки, во время которой её пырнули в живот. Соцслужба сразу же определила меня в приют. Ребят я мгновенно не взлюбила и часто дралась с ними за любую мелочь и несправедливость. Я осталась одна в этом мире, значит позаботиться о себе обязана самостоятельно.

К получению знаний подошла с энтузиазмом, глотала запоем информацию из учебников и литературы. Выпустившись из приюта, поступила в институт военной инженерии. Смекалка и сноровка быстро ввели меня в ряды высших умов Мексики. Я гордилась собой, но спустя некоторое время узнала о смерти своего отца.

Испытала настоящий шок, когда на фото увидела того таинственного мужчину из детства. Детективы, расследующие его смерть, ввергли в неописуемую злость, когда сообщили кем являлся мой отец, причём преподнесли это с явным презрением ко мне. Эти люди пытались выяснить вела ли мама с ним какие-то дела, обыскивали мою квартиру. Но весь этот процесс, я думала лишь о том, почему этот человек и мать, не сообщили мне эту важную вещь? Боялись за меня? Пророчли иное будущее? Об этом я теперь никогда не узнаю.

Дело закрыли, основная версия — самоубийство. В наследство от отца достался дом в США и прочие вещи, что имели цену.

Но, спустя год, на пороге моей квартиры появился человек, заявив, что отца на самом деле убили и он знает кто это. Последняя новость о моей родне основательно окрылила — у меня остался родной дядя.

Я последовала за этим человеком. В его руках оказалось всё оставшееся состояние моего отца, которое он тоже завещал мне. Махинациями ему удалось сохранить всё, и это была огромная сумма.

Картель, наркотики, рабы — всё это отчего-то не смущало меня. Все эти люди безразличны мне, как и я им, когда была маленькой девочкой и жила в приюте, брошенная всем этим миром.

Когда я нашла брата своего отца в подвале местного бара, в жалком виде, едва сдержалась, чтобы не кинуться ему на шею. Позже в Мексике испытала дикую боль в груди, поняв, что всего лишь придумала себе любимого дядю. Этот человек с ним и близко не стоял. Дядя отказался от меня и предпочёл сесть с рабами в амбар. Что ж, да будет так.

Но родная кровь всё время била и била по венам, когда смотрела на его мучения, невольно поражаясь силе духа. Когда появилась убийца папы, была сражена неумолимым стремлением дяди защитить её. Почему?! Ведь она сгубила всю нашу семью!

Звоночки совести постепенно селились в сердце. Именно тогда не выдержала и принесла в карцер всё необходимое, чтобы он обработал этой девке раны на спине. Это было моё поощрение для них и, возможно, моей первой попыткой сменить тактику воздействия на чувства Чейза по отношению к родной племяннице.

Но сейчас, я не могла успокоиться от мысли, что последний член моей плачевной семейки сейчас там, где может запросто погибнуть.

— Зачем это нужно было делать? — с обидой смотрела на Марселу. Да, всё шло не по нашему плану, но вытворять с ним такое было уже из ряда вон.

— Чейз зарвался, — сердито бросил мужчина. — Никому не позволю просто так убивать моих людей.

— Думается мне, что он и не планировал. Ты вынудил его.

Старик оценивающе смотрел на меня, затем подошёл и утешительно приобнял.

— Не волнуйся, этот таракан везде выживет, а наказать его нужно было.

— Все эти месяцы ты только этим и занимался, — плавно выскользнула из его рук. Марселу подозрительно осмотрел меня.

— Что с тобой? Ты начала его жалеть?

— Его я всегда жалела, — буркнула в ответ. — На его девку мне плевать, но Чейз мой дядя…

— Мой дядя, мой дядя, — раздраженно передразнил старик. — Заладила! Чихал этот говнюк и на меня, и на тебя. Он отца-то твоего ни во что никогда не ставил. Дырка этой шавки для него всегда была превыше всего.

Я опустила голову, сознавая эту горькую правду. Но ведь Чейз даже не узнал меня, не увидел, что я за человек. Зато теперь поставил вровень с этим беспощадным и жестоким душегубом. Лишь сейчас поняла, что грань между наказанием и пытками давно стёрлась, а я прочно заняла сторону зла.

В кабинете нарисовался Льюис, лицо его было вспотевшим и обеспокоенным. Белый халат абсолютно не катировался с отросшей бородой.

— Невеселые новости с полей. У нас похоже вспышка эпидемии. По первым симптомам — атипичная холера. Двое скончались в третьем амбаре, в первом и пятом появились ещё трое с теми же симптомами. А так же один наш. Я всех изолировал от здоровых. Работы необходимо приостановить и посадить на карантин. В дом никого не впускать. Надо бы полностью прочистить и продезинфицировать канализационные стоки, обеспечить людей чистой водой.