— Твою мать, — простонал откатившись.

Оператор тут же подлетел ко мне, оценивая нанесённый ущерб.

— Живой?

Я не мог ответить, просто свернувшись в три погибели лежал на боку, убаюкивая убитые в фарш гениталии.

— Ах, ты, мразь! — Жуткий звук удара, короткий взвизг и тихий плач. — Заберите её! — крикнул оператор на двери.

В студию вошли те же два охранника, скрутили и без того ослабшую девушку и поволокли прочь.

— Стой! Куда её?! — обеспокоенно вскричал я, глядя на оператора.

— Не твоё дело, — рыкнул он. — Перевоспитается. Вали к себе. И лёд приложи.

Да, что здесь вообще происходит, мать вашу?! Где я? Порностудия или публичный дом с секс-рабынями? Стало жутко, но разобраться в этом я теперь просто обязан. Я хоть и снимаюсь в насилии, но всегда был против этого.

МАРК

Хирург вышел в коридор, сняв повязку с лица. Седина в его бровях требовала проявить к нему уважение.

— Пациент в токсикологической коме.

— Бляжь, — я в гневе сжал кулаки, готовый оторвать себе голову.

Сид же пыталась мыслить спокойно и уверенно:

— Какой прогноз?

— Из желудка мы изъяли триста сорок грамм кокаина. Порвалась одна из капсул, сколько в ней было неясно, но доза очень высока. Пациент сейчас на аппарате. Мы промыли пищеварительную систему, форсировали диурез, но наркотик в сосудах и головном мозге. Сейчас пытаемся восстановить кислотно-щелочной баланс крови и наладить полноценную работу сердечно-сосудистой системы. Пациент получает антидот. Все меры приняты, остальное зависит от больного и его метаболизма. Нужно ждать. Если он переживёт эти два дня и динамика его состояния не ухудшиться, то можно надеяться на лучшее. Сейчас пока всё прозрачно и адекватный прогноз дать сложно, детектив.

— Спасибо, — кивнула Васкес, отпуская доктора.

— Эта падла выкарабкается, потому что я сам лично его должен грохнуть, — прорычал я.

— Марк, ты ослеп или отупел от своей ненависти? — она толкнула меня в угол коридора и зашипела. — Тебя нисколько не смутило, что у него в брюхе триста слишним грамм дури? Думаешь, он в поставщики вызвался самовольно? А его тело! Ты видел?! Оно истощено и всплошь в побоях, разной степени давности. Он пленник, Марк! Самый настоящий! И наркота в животе, говорит, что из него сделали "сумку", и то, что он попался нам во время облавы — огромнач удача для тебя, но ты, болван, решил сводить с ним счеты прямо с ходу. Вот теперь молись, чтобы он выжил и хоть что-то знал о твоей девчонке, потому что если Ричеи сдохнет, то зацепок у тебя больше не будет!

Сид метнула в меня осуждающий взгляд и устремилась прочь по коридору.

Он пленник?! Да ладно! За это время поисков у меня была тонна вариаций на его счёт, но только не такая. Абсолютно, не такая! Если он пленник, тогда что с Джилл? Точнее сказать, кто теперь наш враг? Дочь Diablo? Девушка и эта тварь тогда могли находиться в совершенно разных картелях. С каждой секундой тревожных мыслей всё больше осознавал, что снова упёрся в тупик, а время мой главный враг. Твою мать! Устремился за Сид.

— Васкес! — Девушка обернулась. — Те двое, что были с ним. Я должен их допросить.

— Уйми пыл, сначала, — Сид направлялась к машине. — Шеф допрашивает их первый, а на это уйдет немало времени…

— У меня нет этого времени! — проскрипел я.

Васкес посмотрела на меня в упор и неожиданно заговорила мягко и понимающе:

— Марк, ты рвёшься вперёд, как гончая, потому что наконец взял след, но ты должен помнить о том, что Джилл иголка в мире картелей. Если ей суждено выжить, мы её найдем.

Я выдохнул из себя ком напряжения, пытаясь заглушить инстинкты и включить разум. Догнали до участка моментом и велико оказалось моё удивление, когда обнаружил шефа у себя в кабинете. Он закончил допрос?

Поспешил в комнату допросов, но суровый оклик заставил обречённо притормозить. Шагнул за порог.

— Закрой дверь и прижми жопу на стул! — Возражать не смел. Опустился на предложеное место. — Прежде чем я допущу тебя к подозреваемым, ты обязан кое-что изучить, — кинул в меня две папки с личным делом. — Читай.

— А вкратце нельзя? — лениво пролистнул страницы.

— Нет.

Открыв первую и вовсе возмутился — всё на мексиканском.

— Да я же не пойму тут ничего!

— Учись, детектив, ты в Мексике, — он встал и прошествовал к дверям.

Взорвалось. Я дерзко швырнул в шефа всей этой бесполезной макулатурой, не опасаясь его гнева. Он остановился, нагнулся и подобрав документы, повернулся ко мне.

— Это важно, — кинул их мне обратно в лицо, усмехнулся и ушёл.

Манёвр. Теперь четко это понял. Меня не допустят, так как я чужак, а своё говно показывать они не намерены. Не та страна. Ну уж нет, я переведу это гребаное личное дело, переводчики и словари мне в помощь. Закорпел над текстом. Спустя полчаса одна страница была готова.