Что тогда с Чейзом? Тут много версий. Одна из них самая страшная, а другая всё объясняющая. Нет, не может быть!

С силой заёрзал на стуле, тщетно пытаясь освободиться, ну или хотя бы ослабить свой плен. Верёвки завязаны на совесть, что за пару часов моих стараний, заработал на запястьях кровавые мозоли.

Сколько мы уже здесь? Что это за дом? О нём говорил тогда детектив? И вообще, как тут оказалась Джилл? Как она снова миновала охрану? Её отсутствие в больнице замечено? Ну а о цели и исходе нашего пребывания здесь уже боялся думать.

Шорох дверей. Шаги прогибающие гнилые половицы. Всё тело напряглось в ожидании. Он в доме — тёмный субъект, голова наглухо покрыта капюшоном толстовки. Полумрак позволял видеть только его ладони и подбородок. Он подошёл к девушке и пару раз легонько шлёпнул её по щекам. Джилл никак не среагировала.

— Чего тебе надо от неё? — прошипел гневно я, наблюдая, как он принялся отвязывать её от стула. — Не трогай! Хватит уже!

В голове всё перещёлкивало дикой резью.

Мужчина поднял её на руки и перенёс на матрас. Мой болезненный мозг в ужасе сознавал возможный план его дальнейших действий. Субъект стянул с несчастной смирительную рубашку, оставляя бесчувственное тело в одних трусах и майке. Вооружившись длиной верёвкой, затянул конец на запястьях девушки. Проверил на прочность. Тормознул, наблюдая за бесчувственной фигурой девушки. Провёл пальцем по шраму на её лице, убрал прядь волос в сторону. Наклонился и поцеловал в ключицу, втянул запах кожи.

Я сцепил зубы и сжал до боли глаза. Уши сурово заставляли слушать звук поцелуя.

— Ты хуже животного, мразь, — прошипел я.

Игнорируя нелестную критику, мужчина принялся дальше за своё дело. Второй конец верёвки протянул под матрасом и вывел к ногам девушки. Перетянул на щиколотке пленницы. Дёрнул путы на прочность. Готово. Встал и направился ко мне.

— Ну и? — с вызовом смотрел на капюшон. — Что со мной? Грохнуть сразу не интересно?

Субъект стянул с головы свою защиту, позволяя мне увидеть себя.

— Чейз… — молвил я одними губами.

— Ты был близок. Меня лишь глупая выходка Сэмми спасла тогда.

— Что изменилось теперь? — в груди ныла досада на самого себя.

— Круг сжимается. Я много наследил.

— Наследил?! — смешок прорвался сквозь зубы. — Ты делал это постоянно, но все, словно враз слепли, тупели и немели.

— Тут Льюис неплохо помогал, — Ричер пожал плечами.

— Господи, — тяжёлый выдох разодрал мою грудь. — Зачем вам всё это? А ты? У тебя же семья!

— Семья?! — тут его лицо перекосило. — Её у меня больше нет. Эта сучка убила мою семью.

Я открыл рот, но так и не решился возразить, поэтому глупо проблеял губами и смотрел на его внутреннюю ярость.

— Жена и сын лишь для отвода глаз?! Хулио Мадери это и есть Диабло? — наконец, осенило меня. — Твой брат…

— Только по отцу, — поправил он. — К счастью, матери у нас были разные. Я хоть и любил своего братца, но тварью он был отменной.

— Но твой брат сам пустил себе пулю в лоб…

— Из-за неё! — истерично перекрикнул Ричер. — Она сломала его! Превратила в тряпку, в пустышку.

— Как и тебя?! — подлил масла в огонь. — Он мучал и измывался над ней только потому, что хотел заглушить ненужные чувства, хотел сделать себя властелином над её телом! Он знал, что она никогда не полюбит чудовище в нём, поэтому владеть Джилл для него было гораздо проще. Чем больше она боялась, тем дольше была его рабой.

— Заткнись! — Чейз сжал пальцами виски, метнулся к матрасу. — Засунь свой психоанализ себе в задницу!

— Знакомо?! Речь не только о твоём брате, но и о тебе, — видя его тремор в теле, понимал, что бью в точку. — Ты стал его копией! Таким же ублюдком для неё, но тебе всегда не этого хотелось. Ведь ты другой! Но ты боишься остановиться. Боишься, отпустив, навсегда потерять! Будь выше, Чейз! Отпусти её! Я всегда считал тебя неплохим парнем. Одумайся… отпусти…

Мужчина, слегка покачиваясь, смотрел на неё. Присел на край лежака, погладил правую руку, перебрал пальцы без ногтей. На лице тяжёлая дума.

— Я был готов к этому… Был готов отпустить. Уйти… Но она не вскрыла себе вены.

Значит всё-таки сама.

Он горько усмехнулся, поднялся, отошёл и вынул из своего рюкзака полупустую бутылку виски. Отвинтил крышку и опрокинул в рот. Множество жадных глотков вперемешку с какой-то дрожью. Он сам не в своём уме и давно.

Я задёргал веревками, глупо воображая, что они вдруг ослабли, а я стал сильнее.

— Не делай так, это меня бесит, — рявкнул Чейз, вытирая губы от горючего напитка. — На, — он подошёл впритык и начал силой заливать своё поило мне в рот, блокируя сопротивление.