Берт улыбнулся.

– Тогда, конечно, Мерем – это выход, - сказал он. – Я тоже ушел из дома, как ты уже понял. Мы живем вдвоем с бабулей, и знаешь, она ярая противница и академии, и вообще существующей в Арантии власти. Уж не знаю, почему. Все время твердит о том, что у меня великая миссия, а я ей не соответствую. Знаешь, иногда мне кажется, что она радуется моей аномалии. И становится жутко, потому что других родственников у меня нет. Она говорит, мои родители погибли из-за крона во время восстания много лет назад.

И здесь мой отец отличился! Я едва сдержался, чтобы не высказать все, что о нем думаю. Но Берту лучше не знать, чей я сын.

– И ты, наверное, тоже ненавидишь крона? – осторожно спросил я.

– Не знаю. – Берт пожал плечами. – Мы никогда не встречались, а бабуля… Я чувствую, что она мне врет. Из-за магии мне легко почувствовать чужую ложь. И так надоело, что бабушка постоянно недоговаривает! Я пытался заставить ее говорить правду, но она вся в амулетах, как праздничное дерево, пока один сломаю – у нее уже десять новых. А если нажму сильнее, боюсь, что «сломаю» уже ее саму. Не подумай, что я не люблю бабулю. Люблю, но…

«Люблю, но…» Так же, как и у меня с родителями. Одно большое «но».

– А ты почему ушел? – спросил Берт. – Только из-за академии?

– Нет, конечно, - ответил я. – Но сложно объяснить, понимаешь?

Берт кивнул.

«А мальчик пытается заставить тебя говорить».

Я чуть не подпрыгнул из-за прозвеневшего в ушах скрипучего голоса.

«Это я, Изми», - объяснил мой собеседник.

Меч? Разговаривает со мной? Хотя, Реус у дяди Аля тоже из болтливых, но дядя говорит, это редкость. Кажется, мне повезло вдвойне. А еще Реус защищал от ментальных атак. Может, Изми тоже это умеет?

«Не умею, - прозвенел меч. – Но чувствую, и мальчику очень любопытно, что ты утаиваешь, но спросить стесняется».

– Ал? – окликнул меня Берт.

– Не пытайся рыться у меня в голове, пожалуйста, - попросил я, хотя сам не чувствовал никакого вмешательства.

– Прости, я не специально. – Берт опустил глаза. – Странно, почему ты меня не слушаешься?

И столько любопытства было в его голосе, что я даже рассмеялся.

«А вопрос хороший», - вмешался Изми.

– Не знаю, не чувствую твоей магии, - сказал я новому другу. – Может, моя аномалия каким-то образом исключает твою?

– Так не бывает! Я еще не встречал того, на кого бы она не действовала. Разрешишь попробовать приказать тебе что-то безобидное?

– Только безобидное!

– Само собой.

Берт даже заерзал на месте. Впрочем, если бы я встретил человека, которого не может обжечь моя молния, тоже удивился бы. На этот раз касание силы Берта все-таки оказалось ощутимым. Виски слегка закололо, но и только, а на лбу ментального мага выступила испарина.

– Что за шутки? – фыркнул он и попытался снова. – Не действует!

– Странно. Интересно, а моя аномалия будет влиять на тебя?

– Попробуем? – Глаза Берта тут же вспыхнули любопытством. Да, ему точно место в академии дяди Аля. Они поладят.

– Я боюсь тебя обжечь, - признался честно.

– Не бойся, ничего страшного не случится. Давай!

Я призвал маленькую молнию, Берт занес над ней ладонь, но тут же зашипел, отдернул руку и подул на обожженное место.

– Действует, - констатировал я.

– Да. А может, у тебя невосприимчивость к ментальной магии?

– Нет, - снова вспомнил Гардена. – У меня есть знакомые менталисты. Так что точно нет.

– Здорово! – Берт счастливо улыбнулся. – Я рад, что не смогу на тебя повлиять. Знаешь, это так сложно – постоянно контролировать не просто слова, а каждую мысль, потому что другой человек воспринимает ее как приказ.

– Я представляю.

Хотя, на самом деле, представлял с трудом. Наверное, Берту очень сложно так жить. И потом, он упоминал только о бабушке. Других близких людей у него нет. Очень страшно.

– Я сбежал, когда бабушка заговорила об ограничителях, - признался Берт. – Поняла, видимо, что уже не может со мной совладать. Не хочу и дальше портить ей жизнь. Мне уже восемнадцать, и почти все это время она со мной, света белого не видит, ни с кем не общается. Не хочу, чтобы она и дальше так жила.

А Берт, оказывается, прячет за улыбкой большую боль. Я понимал его. Мне тоже было непросто делать вид, что все в порядке, когда на самом деле не было. Жаль, что завтра он продолжит путь в Ладем, а я сверну к Мерему.