Едва же переступаю порог этого огромного особняка, как оказываюсь на руках Рауля, который несет меня прямиком к лестнице. Не успеваю толком интерьер рассмотреть, только и успеваю отметить богатство и роскошь во всем. Да и двух женщин около дверей скорее всего в гостиную, смотрящих с каким-то ужасом в глазах на хозяина и ношу в его крепких руках. Не могу себя остановить от небольшой дерзости, поэтому и показываю им язык, пока мы не оказываемся на площадке второго этажа. Здесь Рауль проходит мимо двух комнат и, остановившись рядом с одной, толкает ее ногой. Вносит меня внутрь и с озорством в глазах кидает на мягкое покрывало королевских размеров кровати. Утопаю в нем и нескольких подушках, раскиданных по всей постели.

— Ты не ответил на мой вопрос, — напоминаю ему о начале разговора на улице, пока нас не прервал дворецкий. Делает вид, что совсем меня не понимает, поэтому приходится повториться, на что он так загадочно улыбается, что хочется треснуть ему по голове чем-нибудь тяжелым.

— В дикую молодость было дело, когда девчонки чуть ли не каждый день посещали мою спальню, — присаживается рядом, а потом и вовсе ложится на спину.

— То есть хочешь, сказать, — поворачиваюсь к нему лицом, чтобы лучше видеть, — что сейчас я единственная, кого видит твоя прислуга, да?

— Именно так, — оказывается на боку и опирается на локоть. — После смерти отца и отъезда мачехи с моей сестрой особняк стал слишком огромен для меня.

Все в городе знали, что знаменитый миллиардер Рауль Клеман в двадцать один год возглавил компанию умершего отца. Ему оказались подвластны акции, филиалы, денежные средства, недвижимость. Много сотен, даже тысяч сотрудников у него в подчинении, несколько партнеров и…мачеха с сестрой, которые по слухам одна хлеще другой. Сука и дрянь. Так вроде бы их прозвала какая-то газета. Характер у них адский, из-за чего становятся героинями скандалов чуть ли не каждой вечеринке. Сильвия Пессон, жена адвоката, слишком часто мелькает в откровенных нарядах. Полин Клеман, студентка Сорбоны, тратит деньги из своего фонда налево и направо. Такими темпами она может лишиться всего своего наследства.

— Давно они уехали отсюда? — задаю вопрос не как журналист, готовая это использовать в очередной статье, а как его девушка, решившая просто что-то о парне разузнать. Рауль видя, что я искреннее этим интересуюсь, продолжает разговор.

— Через пару месяцев после смерти отца. Сильвия нашла себе ухажера, который сделал ей предложение после того, как ее мнимый траур закончился, — аж зубами скрипит вспоминая свою мачеху, которая, по слухам, была как-то замешена в кончине Фабриса Клемана. — Поэтому они с дочерью уехали побыстрее к нему в Марсель. С облегчением я уже было подумал, что они навсегда там останутся, но сестра настойчиво мне звонит, прося о какой-то помощи.

— Попала в неприятность? — Полин Клеман — та еще штучка, которую совершенно не жаль. Думаю, что она влезла куда-то и теперь не может сдать заднюю.

— Типа того, — понимаю, что он не хочет со мной сейчас откровенничать, поэтому и не настаиваю. — Может, устроим поздний ужин? — меняет тему разговора. — Ведь я же хотел тебя, как следует откормить.

— Чтобы я стала похожа на корову, которая в дверь не проходит, да? — потягиваюсь, наблюдая за передвижениями Рауля по комнате. Он снимает с себя рубашку, отправив ее на кресло. Немного худощав, но это его не портит. Переодевается в спортивные брюки и майку. Бросает мне около двери «Скоро вернусь» и исчезает в коридоре.

Хлопаю себя ладошкой по лбу, немного отрезвляя. Да уж, Видана! Вот так приключение тебя сегодня ждало. Одно хлеще другого. Не сюрприз от судьбы, а самое настоящее сюрпризище, от которого как-то стоит избавиться. Прикрываю глаза, прокручивая в голове план дальнейших действий, и сама не замечаю, как проваливаюсь в сон, ощущая лишь, как меня укрывают мягким одеялом. В благодарность что-то бормочу себе под нос.

Громкая, противная мелодия моего сотового режет слух, заставляя такому чудесному сну меня покинуть. Открываю сначала один глаз, потом второй, осматриваюсь, понимаю, что нахожусь в спальне Рауля совсем одна, а на тумбочке разрывается телефон от звонков Нинет. Черт! Протягиваю руку и моментально отвечаю, про себя сыпля проклятьями на голову этой женщины. Она же мне небольшой отпуск обещала. Какого черта сейчас донимает?

— Доброе утро, — сбрасываю с себя одеяло. Голая. Неужели, Рауль взял на себя смелость и раздел меня?

— Видана, дорогая, где ты сейчас? — вот не знай я ее достаточно хорошо, подумала бы, что она обо мне беспокоится. Но ей явно что-то нужно, поэтому и говорит таким приторно-сладким голоском.

— Отдыхаю, как и положено человеку, выигравшему спор со своей начальницей, — сажусь поудобнее, разглядывая обстановку комнаты. А нехило так живет миллиардер, раз его спальня как музей антиквариата в покоях самого короля Версальского дворца.

— Приезжай срочно в редакцию, — пропускает мимо ушей мои слова, как будто не было нашего спора, и я обязана продолжать работать. — Нужно кое-что обговорить.

— Нинет, — встаю с кровати, прохожусь по пушистому ковру до дверей в ванную и чуть было не матерюсь от восторга прямо в трубку.

Ну и ну. Да тут все из мрамора. Красиво, дорого, роскошно. Две раковины в виде огромных чашей, несколько вешалок с полотенцами и халатами. Огромных размеров ванная прямо по середине комнаты. Да в ней могут четверо легло уместиться, такая она большая. Причем все в во весь рост. Душевая кабина с полностью стеклянной дверью встречает меня так приветливо, что я тут же регулирую воду и решаюсь распрощаться с Нинет, которая явно не хочет этого.