до сих пор не могу петь, но, по крайней мере, могу разговаривать. Боже, меня убивало не

иметь возможности поговорить с тобой, чтобы рассказать о своих чувствах.

Я не могла не захихикать.

— Ты отлично справлялся невербально, и твои навыки набора текста безупречны.

Ты действительно хорошо владеешь своими руками.

Его глаза вспыхнули, и он наклонился, укусив меня за шею, вжимая в диван. Он

потянул мои бедра к краю, а затем наши тела оказались прижаты друг к другу. Я

отодвинулась, чтобы перевести дыхание, мои глаза были охвачены волнением.

— Дэнни, ты в этом уверен? — я взяла его лицо в свои руки.

— Мы с этим разберемся, — он кивнул. — Я не прекращу занятия, — глаза у него

были серьезные, и я с облегчением почувствовала, что он не отказывается от своей цели.

Я решила, что мы должны составить план.

— Я думаю, мы должны завтра отправиться к моему боссу и рассказать ей, что

происходит. Досконально изложим ей твои результаты, чтобы она смогла их оценить, и, может быть, она поможет нам найти другого учителя, который будет контролировать

твои оценки. Я по-прежнему помогу тебе, но не буду ответственной за твое обучение.

Его взгляд искал мой, обдумывая то, что я предлагала.

— Мне это нравится. Теперь нам нужно поговорить с Блюстителем, потому что я

не собираюсь держать руки подальше от тебя в ближайшем будущем, — он снова

поднял меня, на этот раз так, что я оседлала его бедра, и я громко вскрикнула.

— Нора! — позвал он громко, когда проносил меня по коридору к кухне. В таком

виде мы и вошли, а ее рот распахнулся. Он посадил меня на столешницу и отвернулся, только чтобы обратиться к ней.

— Нора, я только что уволил Джесси Мартин с должности репетитора. Она злая, оскорбительная и, откровенно говоря, не всем сердцем отдавалась работе. Завтра мы

собираемся пойти к ее боссу, чтобы все окончательно разрешить ситуацию, но сегодня

вечером она ложится спать со мной, и все. Ты, моя дорогая, можешь отдыхать всю ночь.

— Чертовски вовремя, — Нора громко рассмеялась.

«Учительница» Р.Л. Меррилл

Дэнни снова поцеловал меня, и я окончательно растаяла изнутри. Любая попытка

удержать мое сердце не разорваться от любви была глупой в этот момент.

Нора покинула кухню, и Дэнни подарил мне достаточно долгий поцелуй, прежде чем

спросить, не нужно ли мне что-нибудь до того, как он «полностью меня поглотит».

— Только ты, Дэнни, — прошептала я. — Только ты.

Его руки снова скользнули под мою попку, когда он поднял меня со столешницы и

без усилий отнес меня в спальню. Ну, когда я говорю легко, это означает, что он не

напрягался от моего веса. Мы столкнулись с несколькими стенами, и нас обоих стало

тяготить наличие одежды между нами. Под моим руководством его футболка оказалась

почти что стянута с головы, оставшись висеть вокруг его шеи, прежде чем мы достигли

спальни. Он прислонил меня к стене, стягивая топик, пока тот не оказался бесцеремонно

сброшенным на пол. Я думаю, что мой бюстгальтер остался висящим на двери спальни, а моя юбка благополучно присоединилась к топу. Затем были мои трусики. Все, что

осталось между нами, это его черные боксеры.

А затем я взахлеб окунулась в море ласки и обожания Дэнни, поклоняющемуся

каждому моему дюйму. Он целовал меня в местах, которые я никогда не воспринимала

как чувственные, но в его руках каждая частичка меня зажигалась словно факел. Я

корчилась под его прикосновениями, пока его руки не развели мои бедра, и его губы не

сомкнулись на самом центре. (Перевод группы Он

массировал мои бедра, пока использовал свой удивительный язык, чтобы оживить часть

меня, о которой я давно забыла, пока не встретила его. Когда я упала с этого блаженного

утеса в первый раз, я вкусила его стоны удовольствия, вибрировавшие сквозь меня. Он

поцеловал напоследок мою сердцевину, останавливаясь на каждую долю секунды, чтобы

отметить другие чувствительные места, прежде чем пробежаться языком по горлу и по

моей челюсти.

— Боже, Дэнни, ты невероятен. Столько ночей я изнывала от желания, что ты

приведешь меня сюда и прикоснешься ко мне. Я никогда не думала, что так будет.

Его глаза были светлее сегодня, может быть, потому что тяготящее его волнение