— Эй, вы чё тут делаете?! — и Эйсик в проеме, подпирающий косяк, — Там жрать собираются, но у Саймана агрегат на одного рассчитан! Ты ж, Энджи, кажется специалист по ним, раскочегарь его, чтоб пыхтел побыстрее! — и, зараза такая, еще и прищурился, разглядывая нас — со света, видишь ли ему, всего было не видно!

— Дольф, вали отсюда! — рявкнул на приятеля мой капитан.

Сам при этом, пытаясь подтащить туго натянутую дроидом простынку. Понятно — чтоб прикрыть, хоть сам момент процесса, то есть, свои колени и мою задницу на них.

— Эйс, уйди! — это я уже ору, кидаясь в него тем, что под руку попало.

Кажется футболка моя… хорошо, что не трусы, но плохо, что не ботинок…

А тут еще и Эйс прозрел — перестал щуриться и вытаращился:

— Ой, а вы это самое?! Что ли, да?! Ой, Сандр, я ж не хотел! Энджи, прости меня глупого! — и при этом еще и в комнату шагнул, видно в порыве продлить извинения.

— Дольф, пошли отсюда! — раздалась шипение Кира из-за его спины, и видно увлекаемый его рукой Эйсик попятился к двери.

А потом веселый смешок:

— Вы бы хоть дверь запирали!

И мы опять остались наедине.

Хотя — нет! А вы что тут до сих пор делаете?! Вуайеризм, знаете ли, пристрастие не из лучших, так что не привыкайте! А побудьте тоже пока за дверью… я вас позову… когда… сумею… а-а-ах!!!

А потом мы лежали, обнявшись — смеялись тихо, вспоминая первые дни нашего знакомства. Как я выставила условие, подписывая контракт, чтоб ко мне не приставали в команде. Как он, обязанный в первую очередь соблюдать его и, не зная, как обойти договоренность, все же переживал за меня, злился на косяки, сотворенные мною, потому что боялся ужасно, но выпадать из образа капитана все равно не мог. А я млела под эти воспоминания, понимая, что его внимание, оказывается, все же не мерещилось мне… потом пугалась, что если б не события в реале, то там, в игре, дело могло этим и закончится — перетерпеться, перегореть, схлынуть и нас обоих отпустить… и я бы так и не поняла, что такое настоящее счастье… и снова радовалась ему, пусть и через трудности, но все же обретенному.

А потом опять пришел Эйс.

— Ну, выходите уже, прошло два часа, как вы там заперлись! Я есть хочу! А мне не дают, говорят, что вас подождать надо! — скребся он в дверь и ныл потихонечку.

Эйса было жалко, настолько его жалобный тон не соответствовал привычной действительности. Так что нам пришлось, хоть и сожалея о краткости прошедшего момента, все же к народу выходить.

Но вот жертва наша оказалась не нужной, хотя и своевременной — нормально поесть и поговорить нам не позволили. Стоило всем собраться за столом, а агрегату справиться с заказом на всю ораву, как завизжала сирена, а голоэкраны множества мониторов в рабочем углу вспыхнули тревожно красным сигналом.

Саймон кинулся к компам… и отступил. Мы ринулись за ним и тоже встали, как вкопанные. На всех экранах камеры выводили кадры полянки, куда прибыли и мы. Но вот в отличие от нашего прибытия, тихого и одиночного, сейчас там творилось какое-то столпотворение! Виднелась явно военная техника, не меньше, чем десятком машин, и при ней толпы вооруженных и на вид довольно опасных людей.

— Выходите из бункера! — раздалось громко, — Первое предупреждение! У вас десять минут! Потом второе и мы идем штурмом!

— Саймон, бункер выдержит? — спросил Эйс.

— Да нет, конечно, ему сто лет в обед! Вернее, раз пять больше!

— Ну что ж, выходим… — сказал Эйс, а там по ситуации.

Действительно — ну, что ж! Мы с Алексом взялись за руки… большего-то не оставалось, и пошли…

Мы двинулись в обратный путь, проделанный нами совсем недавно. Тогда надежда была, а теперь что — неизвестно. Но мы все-таки шли…

Ужасный лифт, который также с напрягом, опять стараясь запугать, что прямо с нами внутри сдохнет, теперь повез нас уже наверх. Большая пещера с флаерами в ряд и остовами старых машин. И вот, дверь шлюза открывается.

Там, уже день, тоже осенний, но, как ни странно, после дождливой и хмурой ночи, он солнечный.

Поляна, которая выглядит по-другому совсем. И от золотящихся вокруг деревьев, и от обилия людей на ней. Мы-то видели ее пустую…

Люди — все военные. Это поняла даже я, человек от подобных знаний далекий. Все в камуфляже, а кое-кто и в броне, ну и конечно, все поголовно с оружием.

— Выходим, — сказал громко тот, что стоял впереди, — руки держим на виду. Не будете оказывать сопротивления, вам не навредят.

Мы пошли. А куда нам деваться? Хотя Алекс, как собственно и Эйс, стараются прикрыть меня от взглядов.

Потом начинается проверка наших гэджей. При просмотре моего, почему-то, никто не удивляется, как будто ловят не меня. А вот над Эйсовыми данными хмыкают и принимаются с интересом рассматривать его.

Но потом пошли наручники на всех нас одевать, и с этим интересом отставили. Я посмотрела на свои ладони, перехваченные железными браслетами, и решила, что реветь не стану. Не сейчас, когда рядом Алекс, да и все остальные тоже. А то расстроятся вдруг, в драку полезут. Но при всех наших возможностях… вернее, наших аватаров, нам против такой толпы с оружием не выстоять.