Так, за разговором мы и долетели до Москов Сити.

— Сейчас, девочка, я представлю тебя одному человеку, — говорил мне генерал, провожая по гулким коридорам почему-то Управления по межрасовым отношениям.

Парни под надзором отправились по дамам, чтоб готовиться к вечернему эфиру. Все ж наших договоренностей с «Nannemo» никто не отменял. И если есть возможность их выполнить, то лучше это сделать. А то и они попытаются от своих обязательств увильнуть. А нам оно надо?

— Вот, Лили, капитан Смит. Полностью тебя ему доверяю, — сказал генерал, представляя меня мужчине, в странной светлой форме… и пошел восвояси.

Вот дела!

Довольно молодой, и даже симпатичный, но какой-то затурканный капитан подхватил меня за руку и куда-то потащил.

— Наконец-то я вас нашел, миз Лили! Давайте поспешим, он ждать не любит!

— Кто, не любит ждать? — притормаживаю я наш бег.

— Ну… как вам сказать…

— Так и говорите, кто?! — я уже успела испугаться.

В незнакомом месте — одна. Без Алекса, без Эйса, без Сола, а рядом этот — не пойми кто, немного с чумными глазами.

— Да вот, уже пришли! — передо мной распахивают двери, чуть не впихивают внутрь, а там… вот не зря тормозила я, но нужно-то было и вовсе драпать!

Комната, стол, вокруг него кресла, вдоль стен шкафы со всякой фигней, а посередине… толи стоит, толи колыхается Дух Кассиопеи!

— Вот! — радостно возвещает капитан, — Ну, не мог же я вам сказать, что представлю вас человеку!

Честный, да?

Я покачнулась, и капитан успел подставить мне кресло, чтоб я не растянулась на полу. Но сам, почему-то сразу метнулся к двери. И вот, мы остались с Духом одни.

Испугалась ли я? Не знаю. То состояние, в котором пребывала я, словами определить было бы трудно. Вторые сутки подряд, сначала в игре, а потом и в реале, мне долбят сплошными стрессами по голове. А потому в ней уже было совсем пусто — вышибли все. Хорошо, что я блондинка, говорят, что на светлых волосах седины почти не видно…

Дух колебался передо мной, всего в нескольких метрах. Я с ним одна… совсем одна, даже Энджи по ощущениям покинула меня. Так что я приготовилась умирать, теперь, по всей видимости, уже точно. И лишь мечталось еще какой-то отдаленной мыслью, что хоть этот, когда полезет в голову ко мне, если и без наркоза, то хоть наркоты какой-нибудь даст…

Принесся Смит и подал мне водички. Я, не глядя, свернула крышку бутылке, хлебнула из нее, подняла руку и принялась остальное лить на голову себе. Волосы намокли? А нахрен они мне, если то, что сейчас под ними, теперь нам уже не принадлежит?

— Миз, что вы делаете?! — кажется, это капитан встревожился чем-то.

Кинулся к столу, притащил коробку с салфетками. А потом, следующую минуту, мы развлекались тем, что он тер меня, расшвыривая салфетки по всей комнате, а я не позволяла ему убирать мою руку, а вода продолжала булькать.

— Шули-мули-дули-хули, — сказало на это Приведение.

Наверно обидно стало ему, что мы не включили его в наше развлечение. Но вы ж понимаете, что я вам обозначила лишь то, что услышали еще мои, но уже приболевшие уши. Впрочем, воспроизвести все, что произнесло Создание, я бы не смогла в любом случае. Там, в этом одном слове, столько всего шелестело, пыхтело и попискивало, что, даже сломав язык, у меня бы это вряд ли вышло.

Но вот Смит, отважный человек, не побоялся это сделать:

— Дули-шули-тритатули, — выдал он… так навскидку, воспроизвожу чисто для вашего примерного ознакомления.

Но вот у меня вывалилось опять «Обучение», и в этот раз, еще и притащив за собой «Интеллект». Вот к чему мне сейчас их озарение?! Хотя… если придумали, как нам слинять отсюда…

Но — нет.

— Капитан, вы немного неправы, подбирая выражения! — вдруг поняла я, — Вы правильно подтвердили… э-э, господину инопланетянину, что я сейчас весьма нервничаю, но при этом назвали меня женщиной, рожденной завтра, а это как-то звучит не так…

— Ну — да, я хотел сказать, что вы — молодая женщина… но вы поняли господина Пулюмшулюма?! — и он кинулся передо мною на колени, пытаясь разглядеть что-то в моих глазах… не знаю что, наверное то, что я по его мнению решила от него утаивать.

Больно надо! В том состоянии, в котором я была, я сама этому понимаю, удивиться толком не сумела! А уж что-то скрывать…

— И теперь вы сказали, знаете что?

— Что?

— Вы назвали господина инопланетянина «Зрящим в пень»!

— Да ладно… я вообще-то, хотел сказать: «Зрящий в корень»! Вы почему ни разу не поправили меня?! — обернулся он к Приведению.

— Я поправлял, — вполне по-человечески и чисто ответил тот, — в самом начале нашего знакомства, но вы все упорно продолжали меня величать «Зрящим в пень»! Вот я и посчитал, что вы не можете.

— Да-а, это сложно… вы знаете… — а потом опять обернулся ко мне, посмотрел восторженными глазами и завопил, — но у нас получилось! Она прекрасно понимает вас!!!

— Ну, пока получилось не у нас, будем честны с собою.

— Согласен. Получилось как-то у миз Лили. Но мы теперь можем изучить уже конкретный процесс!