– Это из-за меня, да? Он же первый хотел ударить, я только вскрикнул… - не выдержал я, словно оправдываясь.

– Никто тебя не винит, малыш, это они решили поживиться за наш счёт. Сами виноваты, что у этого придурка от неожиданности отказало сердце…

Я благоразумно промолчал, распространяться о своих видениях, конечно, не собирался. Это ещё больше бы всё запутало, поэтому сидел, спрятав голову в колени, и старался не вспоминать страшные когти, что почудились мне совсем недавно.

– Ты знаешь эти места, Мири, куда теперь поедем?
– в голосе Ланса звучало нескрываемое отчаяние.

– Туда, куда они не сунутся, - девушка подхлестнула и так резво бегущих коней.

Ланс окинул её взглядом и удивлённо хмыкнул.

– Что ж, твои слова вселяют надежду…

Мирела лишь на мгновение повернула к нам голову, но я увидел, как побледнело её прекрасное лицо. Если уж ей было так страшно, куда же мы направлялись? Вскоре она сама ответила на мой невысказанный вопрос.

– Тут недалеко есть скалы, называются Души предков. Считается, что там обитают…сами понимаете кто. Есть там одна неприятная пещера, нам строго-настрого запрещено даже приближаться к ней, это страшный грех. Но, с другой стороны, больше-то укрыться негде. Так что… - и она тяжело вздохнула.

Мы потрясённо молчали. Ехать туда, где обитали призраки, было то ещё удовольствие, и сколько бы Ланс не говорил, что не верит «во всю эту чепуху», я заметил, как у него перекосило лицо, а на лбу выступили капли пота. Он поспешно вытер их всё тем же шарфом, в котором окончательно запутался, громко чертыхаясь.

В другое время я, наверное, посмеялся бы над ним, но сейчас предпочёл, чтобы смеялись надо мной, только не везли в логово нечисти…

Мирела резко натянула поводья, а потом осторожно развернула коней на маленькую, едва заметную тропинку, уводящую к невысоким скалам. Не оборачиваясь, она сказала Лансу:

«Маг, делай свою работу - наших следов не должно быть видно».

Я услышал, как Ланс негромко забормотал свои заклинания. В том, что они сработают как надо, можно было не сомневаться. Уже не раз убеждался в том, что мой друг - прекрасный маг. На всякий случай выглянул на дорогу через большую прореху в стене повозки - погони не было, но от этого мне не стало легче. Мири произнесла ужасное слово - кровная месть, значит, за нами будут гоняться до конца, пока никого не останется в живых, и неважно, что мы с ней - не родственники, главное, мы былитам, а, значит - тоже враги…

Неожиданно над нами повисла тень, закрывшая солнце, и даже я, находившийся внутри, почувствовал это. Быстро подбежал к Лансу, сидевшему рядом с Мирелой, и ахнул: в скале открывался большой проход, ведущий к пещере. Туда проехала бы не одна, а, наверное, целых три повозки в ряд. Но заросшая почти до пояса травой тропа говорила о том, что здесь давно никого не было.

Арка входа была неровной, но при этом украшена вырезанными в камне фигурами, похожими на людей в плащах. Они вели обычную жизнь - строили дома, готовили пищу на костре, водили хороводы, охотились из луков на странных животных. С одной лишь особенностью - у них не было голов, и это, чёрт возьми, пугало.

– Мири, это и есть пещера предков, в которую никому нельзя входить?

Она посмотрела на меня задумчиво:

«Эти скалы называются Души предков, туда могут входить только наши священники, и они делают это раз в десять лет. Судя по тому, как выросла здешняя растительность, тут давно никого не было. Обрати внимание, Реми, везде сушь, а здесь цветы и травы по пояс. Это души предков присматривают за своим святилищем…»

– Или совсем рядом находится источник, видимо, он проходит где-то под землёй. Скорее всего, в пещере мы найдем следы воды, - как ни в чём не бывало сказал Ланс, - что касается того, будто эти места никто не посещал, я в этом не уверен: тепло и влажная почва позволят траве вырасти за несколько дней.

Мирела посмотрела на него с упрёком, и Ланс замолчал, смутившись и пожав плечами. Я предпочёл оставить своё мнение при себе. Чтобы не говорил Ланс, мне было страшно. Няня, а, вернее, бабушка, рассказывала мне множество пугающих историй, случавшихся с теми, кто не уважал предков и нарушал места их упокоения. Может, конечно, она специально запугивала нас с Али, чтобы мы не шастали в усыпальницу, но это не очень-то помогло - мы бывали там, и не раз, и никаких приведений не встречали. И всё же…

Видно было, что Мири тяжело нарушить запрет, но, прислушавшись к чему-то, она вдруг решилась и кивнула Лансу, передавая ему вожжи:

«Сам правь, у меня руки не поднимаются сделать это. И, пожалуйста, поторопись, за нами погоня. Не забудь убрать следы. Те, кто нас ищут - внутрь не сунутся, но обязательно проверят это место».

Ланс взял управление повозкой на себя и решительно повёл её внутрь, Мири сидела, закрыв лицо ладонями, и тихо плакала; я не подошёл к ней, хоть мне и хотелось её утешить, понимая, как тяжело далось девушке это непростое решение.