Сначала услышал приближающийся топот копыт и крики людей, затем звуки шагов, они раздавались всё ближе и ближе, и, предчувствуя неминуемую беду, я крепко зажмурился. Шишка на затылке запульсировала, и мне показалось, что кто-то тоненько хихикает прямо в ухо. Но в тот момент мне было плевать на это, хотелось только одного - чтобы ониушли и забыли обо мне.

Я уже представил, как неведомые враги тычут саблями и пиками в моё тело, пытаясь выгнать из укрытия, а я плачу и прошу о милосердии, хотя и понимаю - они не знают такого слова. Внезапно моё сердце успокоилось и забилось ровно, кажется, я просто со всем смирился. И уснул…

Солнце уже ушло за горизонт, где-то вдалеке завывали неизвестные звери, и мне было чертовски холодно. Руки и ноги затекли, а губы пересохли, но я был жив и до сих пор лежал в этой чёртовой дыре.

Совсем рядом фыркнула лошадь, заставив сердце снова сжаться, а тело - замереть, насколько это было возможно в тех обстоятельствах. А потом голос Ланса прокричал на всю степь:

«Реми! Ты где?»

Это было так неожиданно, что я дёрнулся, больно ударившись плечом о скалу, и громко застонал. Быстрые шаги Ланса приближались, и вскоре у моего лица повис уже знакомый огонёк. Увидев его, я прошептал, чувствуя, как кровь сочится из губ:

«Ланс, я здесь, мне холодно и страшно, вытащи меня, пожалуйста!»

Сначала он засмеялся:

«Живой! Так и знал, что сумеешь всех провести, проныра Барри! Как же мне тебя отсюда выковырять? Сам двигаться можешь?»

Я еле пошевелил губами: «Это вряд ли. Придётся тебе меня доставать частями». На этот раз он не засмеялся, а произнёс несколько своих загадочных слов, и меня словно ветром выдуло из-под скалы. Ланс добавил ещё пару световых шаров, и они зависли в воздухе, освещая страшную картину.

Всё пространство перед скалой было усыпано трупами воинов, лежавших в разных позах. Их чёрная кровь оросила эти пустынные земли, тела были утыканы стрелами или порублены мечами. Рядом фыркали, переступая с ноги на ногу, несколько уцелевших коней в боевой амуниции, пытаясь найти среди камней клочки пожелтевшей травы. Всё указывало на то, что здесь недавно проходило яростное сражение, а я, получается, снова проспал.

Ланс нёс меня на руках к стоящей невдалеке повозке. Навстречу нам выбежала Мири, она смотрела на меня с испугом, а я пытался улыбнуться разбитыми в кровь губами:

«Привет, Мири, я - в порядке…»

Девушка горестно всплеснула руками.

– Где ты его нашёл, Ланс? В обозе, рядом с другими пленниками?

– Не было никакого обоза. Наш маленький герой ловко забился в щель вон у той скалы. Еле достал его оттуда. Приготовь похлёбку, Мирела, надо покормить этого бедолагу. Он и так еле пищит.

Маг положил меня на траву у костра и стал снимать доспехи.

– Что ты делаешь, Ланс? У меня всё тело затекло, нет сил мыться.

– Вымыться было бы неплохо, конечно, но воду надо беречь. Я просто хочу узнать, что у тебя сломано.

– У меня ничего не болит, голова только немного кружится. Я точно не ранен.

Ланс посмотрел на меня с иронией.

– Как это - не ранен? У тебя вся одежда в крови, места чистого нет. Так бывает во время шока, когда не чувствуешь боль.

– Говорю тебе, я - не ранен, а про кровь ничего не знаю. Когда забивался в щель, одежда была совершенно чистой, если не считать, конечно, пыли и грязи.

Тогда помрачневший Ланс развернул мой плащ и показал его мне: на нём не было ни одного светлого пятнышка, словно кто-то специально прополоскал его в крови.

– Тогда как ты это объяснишь?

– Откуда мне знать? Я провалялся, ничего не видя и не слыша. Спроси об этом Мири, это она всё время твердит, что дьявол охотится за мной. Думаю, это его работа.

– Не придумывай сказок, Реми! Я не верю в эти бредни, должно же существовать какое-то рациональное объяснение. Может, у тебя было кровотечение?

Я еле-еле усмехнулся, скривив губы:

«Да после такого кровотечения цвет моей кожи был бы голубее твоих глаз…»

Мои слова почему-то его смутили, и, сняв доспехи, Ланс внимательно осмотрел меня со всех сторон.

– Верно, внешних повреждений нет, только несколько синяков, но ни растяжений, ни переломов. Это хорошо, но тогда откуда всё-таки взялась кровь?

Подошедшая к нам Мири велела усадить меня у костра и покормить похлёбкой - я был так слаб, что не мог даже самостоятельно есть. Ланс кормил меня, как маленького, и ни разу не засмеялся. Мири же всё время молчала, задумавшись о чём-то. Наконец, она встала, отряхнув длинную юбку: