За то, что были песни сочтены.

За музыкой, за голосом, за вечностью,

Кипящая, кричащая свеча —

Нас обжигала с бесконечной нежностью

За то, что неожиданно – жива.

За то, что не прошу,

За то, что солоно,

За то, что так непрочно и моё,

Мы, чернокнижники, —

Теряли к чёрту головы

За то, что было нам не суждено.

И вопреки всему, что пели вОроны,

И чёрным рисовали по дождю,

За то, что хрупкое, такое хрупкое —

Ты обещал не задувать свечу.

Было так, наверное, решено,

Установлено,

Прописано кем-то там наверху:

Предавать меня —

Твоё главное предназначение.

Даже если я не хочу,

Я пишу о тебе.

Преступление – прославлять болезнь.

Ты убил меня,

А я почему-то есть.

И стихи мои нам выносят

Свой приговор —

Им не нужен ни доктор, ни прокурор.

Они наполняют комнату запахами,

Сны похожи на явь.

В них любовь —

Как хмельная сладость, прогорклость,

Голодная, жадная пасть.

Масть проигрышная,

Конечно.

Я сама отдала ферзя —

Я любила тебя до абсурда,

Ведь меня полюбить нельзя.

И стихи мои ухмыляются,

Иногда напиваются в хлам,

Егозят.

Успокойтесь, ложитесь спать —

Я вас больше ему не отдам.

Он сказал тогда:

«Милая, будешь всегда моей».

Опустилась в живот её

Тысяча смелых чертей.

По плечам заструилась

Тягучая сладкая смесь.

Помни, милая, он тебя хочет —

Съесть.

Волосы, волосы, голосом —

Тишина.

Шёпотом, шёпотом

Падала в руки —

Луна.

Белая-белая за спиной стена,

Впереди – стена,

Словно окаменела.

Вот ты лежишь среди них,

Недолюбленная —

Одна,

Голая-голая —

Не до сна.

Всё внутри тебя онемело.

Жаркие ночи сменяют холодные дни —

Ты никому о нём, милая,

Не говори.

Когда любовь моих коснулась бёдер

И развернула сердце вспять,

Я знала, что мне ей не прекословить,

Не обладать.

Дышать, дышать —

Пока прощальных песен

Не собрано сполна,

Я об одном молилась —

Чтобы время осталось у меня.

И ночь курила долго сигарету —

Стояла тишина.

Я приходила голая к рассвету —

Узнать, что я жива.

Мир мой замер

И задрожал.

Ты сказал —

Это как пожар,

Взгляд твой —

Острый кинжал,

Что вскрывает сердце.

Я не думал, не знал, не ждал,

Лишь взрывался и не дышал.

Спотыкался, падал, бежал —

От тебя? К тебе?

Неизвестно.

Пояса часовые мешают спать,

Ты мне снился ночью прошлой —

Опять.

Та кровать,

Где взломал мне сердце…

У меня с тех пор всё без четверти —

Восемь, двенадцать, пять.

Целовать тебя —

Будто бы летать.

Маяться мне в твоих руках —

Никуда не деться.

Пульс теряется в руслах рек —

Ты был дорог мне, человек.

Век наш был слишком краток.

Новый город и чистый снег.

Много лет прошло,

Много лет —

А с тобой всё равно рассвет

Кажется первым самым…

Были твои руки нужны,

Чтобы защитить от дождя.

Поджигать леса сентябрём —

Три огня во мне,

Три огня.

Были мои песни – гроши,

Что легли однажды в ладонь,

Три воды во мне —

Три воды,

Дышит корень влажной землёй.

Отчего болит, отчего?

Сколько было званых гостей —

Мне бы только слово одно —

Три души во мне

Трёх морей.

За окном завяли цветы,

Ветки гнутся —

Яблочный Спас.

Были твои руки важны.

Три любви во мне —

Не о нас.

Где моя рябина ветки опускала,