Шрифт:
— Реро-сан? — вопросительно склонила голову набок Иназума.
— Что за глупые прозвища? — возмутился я.
— Не прозвища, сокращения, — пояснила девушка и нахмурилась. — Йан-сан?
Я вздохнул и махнул рукой:
— Ладно, так сойдёт.
— Не слишком ли вы расслабились?! — заголосил Йорик, бесцеремонно врываясь в процесс знакомства. — Кстати, меня Йориком звать, девчуля.
— Череп-сан, — девушка чуть поклонилась.
— Но ведь Йорик!
— Череп-сан, — непреклонно заявила Иназума.
— …Как скажешь, — смирился Череп-сан и загрустил. — И всё таки, не время расслабляться!
— Тут он прав, — кивнул я. — Пожара на площади надолго не хватит. Чем быстрее мы сбежим из города, тем лучше. Неохота оказаться запертым на алтаре. А, хм…
Я глянул на Иназуму, что оказалась невольно втянута во всё это и уточнил:
— Мы уходим из города. Что на счёт тебя?
Девушка задумчиво окинула нас взглядом и неожиданно сказала:
— Тот мужик что-то говорил про Альде. Вы что, перешли дорогу «Маскараду»?
— Ну как тебе сказать… Пока ещё нет, но уже да? — увидев, как Иназума глупо захлопала глазами, пояснил. — Ну, в целом, да. Мы сделали кое-что, что сильно не понравилось Альде. Хоть я и понятия не имею, как она узнала об этом раньше срока.
— То есть, теперь эти ребята будут гоняться за вами по всей Аркадии? — заинтересованно спросила девушка.
— Не говори таких страшных вещей! — содрогнулся я. — Хотя, с Альде станется…
— Отлично, мне нравится. Я пойду с вами! — неожиданно заявила Иназума.
— Что? Зачем тебе это? — удивился дядя Жора.
— Я просто ищу сильных противников, Жора-сан. А раз за вами гоняется «Маскарад», то мне их даже искать не придётся, — ухмыльнулась девушка.
— Это всё замечательно, но хоть раз последуйте моему совету! — взвыл Йорик, запрыгав в воздухе. — Там по наши души уже бегут!
Мы оглянулись и поняли, что череп паникует не на пустом месте. Со стороны площади уже показались первые преследователи.
— Заболтались, — я недовольно цыкнул и махнул рукой. — Потом разберёмся, ходу!
До подъёмника оставалось рукой подать и через пару минут мы уже спускались вниз в плетёной клети, под аккомпанемент поскрипывающего каната.
— Так что ты там говорила про противников? — спросил я, когда мы спустились ниже уровня платформы.
— Я тут, кхм, вроде как на тренировке, — почему-то смутившись, начала пояснять Иназума. — У меня сейчас нет возможности тренироваться в реальности, так что я стараюсь тут держать в тонусе хотя бы рефлексы.
Не думаю, что у мечницы были причины врать, но у меня сложилось ощущение, что девушка немного недоговаривает.
— Болеешь? — простодушно поинтересовался Жора.
Девушка неохотно кивнула:
— Да, что-то вроде. Но давайте не будем об этом.
— Понял, молчу, — Жора сразу же согласился не трогать неприятную ей тему, но мне, хотя бы, стало понятнее, почему Иназума вдруг смутилась. — Значит, ты просто пришла играть и драться с сильными ребятами?
— Точно! — просветлела девушка. — Лучше всего, конечно, дуэли, но в схватке против двоих-троих тоже хорошо оттачивать нав…
Дёрнувшаяся клеть подъёмника не дала девушке договорить, встряхнув нас, словно коктейль в шейкере.
— Да что опять!.. — заныл Йорик и клеть снова дёрнулась, на этот раз значительно сильнее.
— Трос режут! — заорал дядя Жора, глядя куда-то наверх сквозь плетёный потолок. — Держитесь креп…
И в эту секунду кабинка, крутанувшись и побросав нас друг на друга, стремительно рухнула вниз.
***
Поднимаясь с алтаря, я дал себе обещание в будущем прислушиваться к советам Йорика. Хотя бы немного. Хотя бы в тех случаях, когда в нём говорит чувство самосохранения. Хотя удивительно, что у мёртвой черепушки вообще имеется что-то подобное.
Хотя сам тоже хорош, нашёл время языками чесать, прямо посреди погони. Пора завязывать с этим расслабленным режимом, а то ещё на работе начну косячить, как с отпуска выйду.
Занимаясь моральным самобичеванием, я помог спуститься появившейся на алтаре Иназуме, сразу за которой на пол скатился дядя Жора. Переглянувшись, мы отправились к выходу из Храма воскрешения, заранее ожидая, что нас ждёт снаружи. И не ошиблись.
— Какая встреча! — насмешливо отсалютовал нам копейщик из «Маскарада». — Давно не виделись, кошак.