Лунар снова кивнул, внимательно всматриваясь в глаза. Почти совсем приблизился, обнаружила Сафира. Хотелось, чтобы обнял, и в то же время привычные страхи шевелили змеиными головами, нашёптывая, что он может просто притворяться. В любом случае, скрывать дальше смысла она не видела. Подалась ещё немного назад, ощутила, что упирается спиной в дверь.

— Тогда погибли родители. И если Лиссанна была Хранительницей моей мамы… видимо, её как-то отшвырнуло в стекло Хэла.

— Думаю, это Аир…такс. Пытался его забрать, или открыть проход дривам. Судя по всему, в фантомном мире он обосновался как раз незадолго до этого. Круг создал, взял под контроль Хэла.

— Мне казалось, Предвестники, они… ну… особые. Просто такие. Я не предполагала, что там могут находиться люди, пусть даже с особенной энергией! Ведь они все… ты же видел? Лиц не рассмотреть, голоса не расслышать…

— Видел. Но всё равно узнал. Почему ты никогда не говорила?

— Нельзя! Именно благодаря тому, что там хранится моя фитарель, мы можем находиться так далеко от неё! Наверное, раньше в нём было что-то особое… усиленное?

— Вероятно, там и должны были храниться фитарели. Там, где дривы до них не достанут.

— Арифас… она столько раз приходила на помощь, отводила беду.

— Ты отпустишь её? — Лунар ещё приблизился, упёрся руками в дверь с обеих сторон от предводительницы. Та кивнула:

— Правда, не знаю, как. И не знаю, как буду без неё. Получается, все призванные хранители…

— Что с ними происходило?

— Исчезали после смерти охраняемого.

— К нам никто не возвращался.

— Я всегда думала, что это Предвестники из Зеркального Хранилища и что возвращаются они именно туда.

— Возможно, там и остаются, — кивнул Лунар. Помолчал немного. Поднял её подбородок, пристально всмотрелся в глаза:

— Ты мне веришь?

— Очень хочу.

— Но?

Предводительница вздохнула.

— Зачем тебе трёхцветные?

— Потому что если кто и сможет помочь, то они. Понять, что вам нужны перемены, убедить свои народы. И если кто и знал об Арифас-ра, тоже… только они. И надеюсь, ты не будешь спрашивать, почему я тебе сразу не сказал.

— Ну ладно, не сразу, но потом-то мог!

— Не видел, чтобы ты была готова.

— То есть решал за меня, готова ли я!

— Ты как предводительница тоже принимаешь на себя ответственность за решения. Разве нет? И фитарелями пользуешься, когда считаешь нужным.

— Так сразу перетянул бы на себя управление фитарелью! Зачем со мной вообще советоваться?!

— Сафира! — глаза воина помрачнели. — Я никогда не сделал бы этого специально… это у тебя в рефлексах выставить на колени, напомнить, кто тут предводительница!

— Извини, — пробормотала она. — Я тоже не должна была… я запаниковала.

— Знаю, — согласился он, провёл рукой по её щеке.

— А дальше что? — тихо спросила предводительница.

— Надеюсь, удастся освободить… и обойтись без потерь.

— А мы?

Воин наклонился, прошептал совсем близко возле лица:

— Не хочу отпускать тебя в Рога. Или не так. Хочу делить с тобой жизнь. Хочу быть свободным вместе с тобой.

— Я должна вернуться.

— Знаю. Значит, я пойду с тобой. И вместе что-нибудь придумаем.

Предводительница обнаружила, что он уже совсем рядом, руки сами скользнули на плечи. Как же хотелось верить, не слушая крики подозрительного разума!

Губы снова нашли губы, слились в порыве, наполняющем яркой цветной энергией. Лунар с усилием оторвался, взглянул в глаза:

— Верь мне. Я разберусь. Дождись, пожалуйста.

Сафире не сиделось. Она всё ходила по номеру, даже вытащила листок с телефоном Арайи, но последние воспоминания заставили убрать его обратно. В душе скользнула горькая обида. Сафире-то показалось, отношение Лунаровой сестры искреннее, а выходит, при первом же сомнении всё развеялось, исчезло.

Вспомнилось внезапно, что где-то делась ночнушка. Наверное, потеряла, когда мараг напрыгнул. А потом забыла. Интересно, нашли ли её, вернут ли? Или осталась там?

Не в силах маяться, девушка поднялась и направилась к лифту, вспоминая, на каком этаже переход в медицинский корпус. Нашла довольно быстро — на пиктограмме имелось соответствующее изображение.

Вошла в толстую прозрачную дверь, приостановилась, оглядывая длинный больничный коридор. У кого бы спросить, где находится Фаар? Или сначала зайти к Лиссанне?

Почему-то было стыдно перед обоими, как ни пыталась Сафира убедить себя, что ни в чём не виновата. Медленно двинулась вперёд, по возможности заглядывая в палаты.