Лунар резко остановился, выпрямившись. Развернулся.

— Ты чего?

— Ничего! Иди к своей Китилье, ведь ей ты доверяешь, несмотря на измену, можешь поговорить по-человечески, а мне слова лишнего не вытянуть!

— Хорошо, — Лунар сделал несколько шагов обратно, сел на диван. — О чём ты хочешь поговорить?

— Ни о чём! Иди к хранам!

— О том, что нашла отца ребёнку? Тебя можно поздравить?

— А ты не думал, что почувствовал бы… как я чувствовала твои удары кулаком?!

— Может, ждала знака свыше? А может, и дождалась? С кем ты была в ванне? — вдруг мрачно поинтересовался он.

— Ни с кем… — недоумённо отозвалась предводительница, вспоминая, как её нёс Арас. Ох, не может быть, он всё-таки что-то почувствовал, решил, она не одна?

Воин всё продолжал пристально смотреть.

— О тебе думала, — буркнула Сафира.

— А с Арайей и Велтой кого искали?

— Того, кто подарил ночную рубашку, — предводительница не выдержала, отвернулась. Не услышала шагов, почти вздрогнула от неожиданности, когда тёплые ладони легли на плечи.

— Что ты со мной делаешь? — обожгло щёку горячим дыханием.

— Что? — пробормотала предводительница.

— Схожу с ума, ревную, как мальчишка, думать ни о чём не могу… Только и ждал, когда же ты получишь этот дэмов знак, когда… не могу представлять тебя с другим, сразу хочется… размазать кого-нибудь.

— Ты мог бы спросить, — прошептала Сафира, тая от неожиданных слов. — Ты же знаешь, я не стала бы обманывать и изворачиваться.

— Знаю. Потому и не хотел услышать “на меня наконец-то снизошёл знак, вот мой избранник”.

— Я всё чаще думаю, — вздохнула Сафира, поворачиваясь к нему, — Что это какой-то другой знак… эти выпадающие волосины… ну не о гнаранах же в самом деле! Не могу разобраться, о чём.

— О гнаранах? — не понял Лунар.

— Ну… пока что забеременел только гнаран, — засмеялась предводительница.

— Сафира, пообещай мне… — начал воин, она вопросительно взглянула, ожидая. — Пообещай, если почувствуешь этот дэмов знак… сначала сказать мне, сказать, кто… даже если я буду далеко — дождаться, не спешить. Пообещаешь?

— Чтобы ты его размазал? — фыркнула Сафира. Лунар мрачно покосился на неё, но сияющая улыбка предводительницы, похоже, примирила с необходимостью объяснить.

— Чтобы тебя отговорить, — прошептал он, проводя большими пальцами по её скулам. — Возможно, мы что-нибудь придумаем. Только не спеши.

— Что? — не поняла она.

— Без понятия, — пожал он плечами, кажется, снова уходя от ответа. Сафира не могла поверить, неужели это о ребёнке? Неужели он хотел бы… но без фитарели и не в Роге?

— Только давай… будем думать, когда разорвём все связи. А то сейчас… мало ли.

— Знаешь, эта связь уже часть меня. Слишком большая и глубокая часть. Я не хотел бы остаться без неё.

Предводительнице казалось, что больше ничего ей не нужно, лишь бы осознавать, что она действительно слышит от него такие слова, что это не сон и не мечта. Руки сами собой скользнули на плечи.

— На чём мы остановились? — шепнул воин, наклоняясь к её губам.

— Тебе нужно на совещание, — хихикнула Сафира, прижимаясь всем телом.

— К дэмам совещание! — грозные нотки вызвали ещё один смешок.

Лунар подхватил её — снова легко, будто и не ощущая веса.

— Тебе необходимо восстановиться, — прошептал.

Сафира обвила шею руками, пряча улыбку в его плече.

—… отец не знает.

— Спасибо.

— Но я считаю…

— Арайя.

— Как я могу быть уверена, что это не из-за фитарели? Почему она тебя не отпустит?

— Арайя, ты не всё знаешь. Пожалуйста, не вмешивайся.

— А мне можно? — хмыкнула Китилья. Лунар бросил на неё мрачный взгляд.

— Скооперировались?

— Ты говорил отцу, нашёл что-то в архивах!

— Нашёл. Точнее, соотнёс. Но мне нужно сначала вернуться в Рог.

— Сафира знает? — поинтересовалась Китилья.

— Не думаю. Давно бы уже догадалась, если бы… имела отношение.

— Может, поэтому она тебя держит? — с тревогой спросила Арайя. Лунар поднялся:

— Она меня не держит!

— Приказала не говорить?

— Давайте вы не будете вмешиваться.