— Ну-у-у…

— Сильно били? — сочувственно кивнул я на спину.

— Ага…

Недолгая пауза.

— Ты какая-то там провидящая?

— Ага…

— И кто это?

— Вижу будущее…

— Логично. Это типа видящей, но только «про»? — усмехнулся я. — Профессиональная видящая?

— Ну-у-у… наверное…

— А мое будущее видишь?

Аша пожала плечиками.

— Не хочу. Скучно…

— Ты поэтому грибы-то ешь? — догадался я.

Вместо ответа Кентавряша ткнула мне в нос палкой с перегоревшим грибком.

— Это же… циатус дристатус, — удивился я. — Он ядовитый!

— Не… теперь хороший…

— Штырит?

Кентавряша слегка улыбнулась. Я почесал репу, стащил с палки почерневший гриб, зажевал. Ничего не почувствовал, но…

— Да ладно? — удивленно поднял я брови. — Жижу регенит?

— Ты же устал… — пожала плечами Аша, насаживая очередную вкусняшку на палку.

Усталость действительно напрягала. Пока гоблины не вернутся в Серп, отключиться от них я не мог. Поэтому мана сейчас восстанавливается очень медленно. Да и потратить ее я успел много. Теперь даже после сна буду чувствовать себя уставшим.

— Только вот…

— Что? — насторожился я. — Опять споры нужно было нюхать?

— Не. Быстро привыкаешь… А потом… не работает…

— Ну, ясно. Обычная наркота.

К нам подошла Трэша. Кентавры на отдалении заерзали, орки напряглись.

— Вождь Серпа Трайл, — обратилась она ко мне. — Выслушай меня. Сами звезды нашептывают будущее мира жеребенку Аше. Но она невежественна и глупа, молода и необузданна. Глушит свой дар ядовитым мхом и грибами. Ты не должен этого допускать.

Аша зевнула.

— А какой смысл знать будущее? — спросил я. — Его же нельзя изменить? А может, зная будущее, вы его сами и создаете?

Философский диалог затянулся до поздней ночи. Дошло до того, что мы с видящей чуть ли не вцепились друг другу в волосы. От нашей перепалки Аша уснула, орки откровенно ржали, а кентавры внимательно вслушивались в мои слова, что Трэше очень не понравилось. Наконец она сдалась, махнула на меня рукой и отправилась к своим. Но скрыть до конца довольную улыбку не смогла. Видимо, не часто у нее были возможности поспорить о высоких материях.

Серп встретил нас с удивлением и радостью. Любимица и талисман вернулась. Дети облепили Кентавряшу, на что та даже внимания не обратила. Отошла в сторону, улеглась в тенёк, зевнула и задрыхла, пока орочья мелкота делала ей массаж, а Кая залечивала копыто.

Кентаврам было откровенно неуютно. Они держались вместе, с напряжением рассматривая дома, стены и разнообразные конструкции от общинного стола до фундамента новой кузни. На мой вопрос, что их так удивляет, если они торгуются с Мурьяки, Трэша пояснила, что этим занимаются обученные кентавры — вестники. Для других же дома из камня и дерева — неприятная диковина.

Вторым ужасным откровением оказался наш накрытый стол. Опять веганы?! Черт… Я-то думал они больше люди, чем кони.

Пришлось чесать репу, что можно сделать из одного топинамбура. Букль постарался. Вареный, жареный, сырой, соленый, сладкий, резаный, мятый, выжатый — на любой вкус. Кстати, пока я был в отрубе, Катя поработала над урожаем. Генетически-магически модифицировала его. Теперь созревание топинамбура займет не четыре-пять месяцев, а один-два. Правда за счет более мелких клубней. Но это окупается нехилыми размерами вспаханного поля.

Тихий кентавр-убийца уплетал лакомства за обе щеки, не стесняясь чавкать на радость оркам. Трэша осуждающе посмотрела на него, аккуратно откусывая маленький кусочек от вареного корешка в фирменных специях Букля.

— Мы называем эти клубни шиаши, — пояснила она. — В сыром виде они плохо усваиваются, а в диком виде мало где растут. Да и Вселенная не одарила нас возможностями земледелия, поэтому мы отказались от этих даров природы.

— Дык это! — встрял Бом, уныло пожевывая жареный корень. Мясо на стол не выложили из солидарности к веганам. — Вы же конь. Надо пахать. Будет много трава вкусный!

— Мы не можем этим заниматься, — угрожающе сказал молодой кентавр-блондин. — И не советую тебе нас так называть, орк.

— А че? Я же это. Правда го…

— Бом, ради Сознатики, жуй молча, — сделал я фейспалм.

— Сознатики? — спросила Трэша.

Орки загорелись, стали невпопад объяснить кентаврам о прелестях нашей богини. Кентавры слушали, с трудом скрывая искреннюю заинтересованность. Вот они значит какие. Очень гордые, но любознательные, как дети.

Так вот. Именно топинамбуром мы смогли заинтересовать кентавров. Как оказалось, у них очень большие проблемы с пропитанием. Несмотря на то, что они живут в лесу, их огромное тело очень тяжело прокормить. По сути, им нужно жрать в течение всего дня, как обыкновенной лошади. Но позволить себе они такого не могут. Кентавры занимаются собирательством. Особые шишки, ягоды и трава. Отмачивают все, прессуют в формах и едят как высокопитательный веганский сухпаек. Это очень трудоемкий процесс и невкусная пища. Но единственная возможность прокормить сложный организм и выжить.