— Л… леди Астария, — запнулся эльф в маске плачущего ребенка. — Мне было за честь… быть рядом с вами… Я выживу… и… когда-нибудь снова стану аристократом.

Никто не видел, что происходило на лице Астарии, никак на отреагировавшей на слова своей верной маски. И слава Асмодею. Потому что чувства в ней бушевали такие, что болела голова. Ненависть, злоба, боль, презрение. Мешанина негатива исходила во все стороны.

Она посмотрела на Шифрейта.

— Думаешь это конец, да, Шифрейт? Твоя дочурка была только на…

Она запнулась, так как слуга обители резко развернул голову в ее сторону. Теперь никто не будет с ней церемониться.

— Ц, — передразнил Астарию Шифрейт. — Какая жалость. Кстати, забыл сказать. Я постарался и, из любви к тебе, нашел твою сестру. Точнее, ее подгнившую половину. Все, что ниже пупка растащили дикие звери. Думаю, она была разорвана орками. Во всех смыслах, если ты меня понимаешь. Мне т-а-а-ак жаль, правда.

Шифрейт снял маску, подмигнул.

Светоч стала говорить:

— Младшая майра Астария лишена всех масок. Если до конца сей ночи она не заполнит этот пробел, то будет лишена титула, имения, привилегий и всех благ, полагающихся младшей майре.

Как же холодно…

Но последние слова светоча навели меня на интересную мысль.

Мой ход, хитрожопые, сложные эльфцы…

До рассвета осталась пара часов. Не больше…

— Копатиии! — бегал я вокруг ямы. — Малиии! Очааа малиии!!!

Да, волчья яма была маленькой. А вся соль не в том, чтобы туда попасть, а в том, чтобы одновременно пульнуть туда побольше козлов. Их нужно как-то заставить кучковаться. Маскирующий подстил должен провалиться не сразу, а выдержать определенный вес, либо сработать по сигналу. Я плюнул на свои инженерские способности и объяснил гному Бори, что требуется сделать.

— Сделаем, хозяин. То есть, вождь.

Тем временем, далеко в Гашарте, на светском балу темных эльфов разгорались страсти, покруче, чем на Клут-Кане с Улук-Ураем и Урлой.

Шифрейт был доволен:

— Она ничего не сделает. Никто тут не согласится стать ее маской. Побоятся. А выйди она из обители, сразу же лишится всего и придется начинать все сначала. Но я не дам ей такой возможности. О, нет. Никогда не дам.

От эльфа в маске ангела веяло злорадством.

— Почему титула лишают не сразу, а после торжества, лайр Шифрейт? — спросил я.

— Очень древняя традиция, мой верный друг Реордан. Что-то вроде последнего глотка воды перед смертью в пустыне Мора. Но если у Астарии сейчас и остался мимолетный шанс, то ее слуги потеряли все. За проступки своего хозяина маски расплачиваются стократно.

Я поморщился. Не нравится мне это. Простая, эффективная и жестокая система. У орков выживает сильнейший, у темных эльфов коварнейший. А я школота не обычная. Наивная. Верю в объективную справедливость. Нужно лишь найти во всех что-то общее. То, что сплотит орка, эльфа, человека и гнома.

«И гоблина с феей, — продолжил здравый смысл. — Ты занес их в Книгу Мести».

«И?» — напрягся я.

«Они рождены в эманациях страданий и живут этим. Разве они в этом виноваты? Но вы посчитали их злом. Убивали, надували через жопу. Может, туда же сунешь свою справедливость? У них она была своя».

Бесит, а! Все малину мне зассала.

Ладно, пора действовать. Вдохнул-выдохнул, уверенно ухватился за очередной бокал буржуйского вина и пошел…

— Ты куда, друг? — спросил Шифрейт.

Куда я, откуда я! Шагу не ступишь. Хозяева, блять. Интересно, а что говорят эльфы, когда срать хочется? У нас вот «носик пудрят». А тут как?

— Хочу скинуть балласт, — загадочно ответил я.

— Что ты имеешь в виду?

— Моя маска хочет насладиться страданием своего врага, — выкрутился я. — Пойду поиздеваюсь над Астарией.

Это эльфа вроде убедило. Подозрения в эмоциях проскользнули, но моя отмаза ему показалась правдоподобной. Да уж. И страшно, и смешно.

Астария оперлась о стену. От нее исходил ледяной дым, поэтому эльфы держались подальше. Несколько слуг обители стояли рядом. Так сказать, следили за нестабильным элементом.

— Ах, Реордан, — промурлыкала Астария, поднимая бокал с вином. — Решил еще раз испытать мое терпение? Смелый мальчик.

Она говорила спокойно, но я чувствовал в ней презрение и раздражение.