Услышав от неё про эльфов и вспомнив её бред про Елиазара, я не удержался от едкости и, не отрываясь от окна, спросил:

– Хорошо помогли?

Она продолжала рассказывать и, видимо, даже не заметила моей колкости.

Меня интересовал вопрос, почему она не осталась у эльфов, ведь там она была в безопасности. Ответить она не успела. Вернулся блюститель морали с водой. Он даже воды подать не смог нормально. Стоял как истукан. Она точно не выкарабкалась бы из забытья без меня!

Я подошёл к ней, приподнял её и помог справиться ей со стаканом. Девочка жадно опустошила его. А потом тихо произнесла:

– Спасибо.

Это «спасибо» я приписал себе. От этого простого слова внутри меня снова стало разливаться тепло с нарастающей силой, давно забытое и остывшее тепло, словно потухший вулкан начал пробуждаться.

Что же она со мной делает?

Девушка провалилась в сон. Я остался сидел у её изголовья. Малахольный бросал на меня кричащие взгляды. Было видно, что сидеть рядом с ней на кровати хочет он, а я, по его мнению, вообще, не имею права здесь находится.

Только вот чего хочет она? Она явно не желала, чтобы я её покидал.

Во сне она, как будто случайно, уткнулась носом в мой бок. Я демонстративно спустился вниз по кровати, и теперь ее нос сопел в мою грудь. Малахольный сверкнул глазами на меня, а я лишь прикрыл веки с довольным видом, изображая, что собираюсь тоже поспать.

Я слышал, как хлопнула дверь. Этот придурок вышел вон. Нервишки шалят. Ну пусть погуляет, развеется…

Глава 14. Разговор по душам

«Удивительная штука, любовь: болеешь одним человеком, выздоравливаешь другим»

Ринат Валиуллин

Когда я вновь открыла глаза, то обнаружила, что мой нос уткнулся в тёплый мужской торс. Я знала, кто был со мной рядом. Я не испугалась ни капли того, что совершенно чужой и малознакомый мне мужчина лежит рядом со мной на кровати. Я просто нагло уткнулась в него носом.

Мне нравилось, что Хранитель был рядом. Постоянное присутствие и забота обо мне сделала его каким-то своим, родным. С ним я стала забывать боль и пустоту в сердце от утраты Елиазара…

Я проснулась, но нос отрывать от него мне не хотелось. Стала принюхиваться. Его запах мне нравился. От Хранителя пахло свободой: полем, луговыми цветами, а еще проскальзывали еле уловимые нотки костра. Я начала вдыхать глубже, позволяя заполнить этому запаху мои лёгкие. Я ощутила, как тепло разливается по моим венкам волнами и накрывает меня с головой.

Хранитель пошевелился… Я затихла и даже задержала дыхание. Человек рядом со мной стал подниматься в сидячее положение. Неужели это я разбудила его своим дыханием?

Я с трудом отвернула от его бока голову и посмотрела вверх. Сверху на меня смотрели изумрудные глаза. От этого взгляда что-то внутри меня назойливо защекотало. Я даже поморщилась.

– Болит? – шёпотом спросил он, кивком указывая на плечо.

– Не знаю, - ответила я и постаралась приподняться, но боль в плече дала о себе знать. – Да, болит.

– Давай посмотрю, - прошептал он.

– Можно сначала тебя попросить? – обратилась я к нему.

– О чём? – насторожился он.

– Помоги мне, пожалуйста, сесть, я не могу больше лежать, очень болит спина.

Мгновенно сильная рука обхватила меня осторожно под руки и подтянула на кровати, подложив под спину второй рукой подушки. Пока рука Хранителя меня обнимала, я хотела, чтобы она не покидала меня. Я успела почувствовать, насколько сильная она была. Но, увы, рука вскоре меня покинула…

– Спасибо… - поблагодарила я.

Он слегка улыбнулся и потянулся к моему раненому плечу. Хранитель по-хозяйски откинул с плеча порванную пополам рубашку. Я еле успела прикрыться от стыда. Он сделал вид, что не обратил внимания на мое резкое движение. Хранитель стал снимать повязку с раны, и возникла необходимость порядком оголить то место, которое я так старательно пыталась прикрыть. Я подумала, что он, наверняка, уже и так всё видел, когда я была без сознания, поэтому просто отвернулась и не стала ему мешать.

Хранитель долго возился с моей раной на плече: что-то убирал, промывал и снова прикладывал. Делал он всё очень аккуратно. Мне было почти не больно. Потом я почувствовала, как Хранитель снова стал забинтовывать меня. Когда процедура закончилась, я поспешно запахнула разорванную рубашку. Мне было стыдно из-за собственного бессилия.

– Есть хочешь? – спросил Хранитель снова шёпотом.

Еще во время перевязки я заметила, что Энтони нет в комнате.

– А почему ты шепчешь? – тоже шёпотом спросила я.