– Я.
– согласился парень - А ты Кристина, да? Мне твоя бабушка говорила, что ты рыжая-рыжая.

Я покосилась на кончик косы. Ну да, рыжая. Без красок и прочего.

– Садись давай.- велела.
– Садись вперед.

А сама свирепо глянула на друзей. Те устроились сзади и мило улыбались, глядя на меня.

Марат скромничать не стал, устроился рядом со мной. А темно-зеленый рюкзачок бросил на пол. Я проследила взглядом, икнула…

– Ты босиком?!

– Ну да.
– ощущение, что Марат удивился вопросу.
– Так ярче чувствуешь природу. И оздоравливает. Я летом стараюсь все время ходить без обуви. Заодно и экономия.

– Ясно-о-о.
– протянула я, снова глядя в зеркало заднего обзора.

Друзья ответили мне взглядом слегка округлившихся глаз. Так. надеюсь, мы с собой не взяли психа?

– Марат, - тактично начала разговор.
– Даже легкий хайкинг требует хорошей обуви. Я не думаю, что боси…

– У меня подошва тренированная. Смотри!

– Я верю.
– проговорила торопливо.

Колебалась еще пару секунд, но все же тронула машину с места. Едем мы недалеко, народу там ходит много, заодно и покажем типу, что Кристина Красова не его идеал.

Ехать оказалось и впрямь не очень далеко. Чуть меньше часа, по хорошему шоссе. Машин было не особо много: садоводы в основном уехали еще накануне, остальные только просыпались.

Неловкой тишины не было. Леру и Кира в принципе мало что может смутить, тем более странный тип босиком и с просветленным взглядом. Я же вела машину и мысленно посылала бабушке много слов. Очень много.

Что касается Марата, то он и не думал смущаться. Скажем так, кажется, ему это слово было незнакомо. Первое, что мне сообщили:

– Ты в курсе, что раньше рыжих и зеленоглазых сжигали как ведьм?

Друзья поперхнулись и замолчали, навострив уши.

– Надеюсь, ты не собираешься продолжить эту дивную традицию?
– поинтересовалась я в ответ.

– Я абсолютно против такого варварства!
– тут же возмутился Марат.
– Женщины - это же символ женственности, их надо оберегать, восхищаться ими. Я вот иногда хожу по улицам и фотографирую милых девушек с косами, в платьях, юбках. Жаль, таких сейчас мало. Многие девушки носят джинсы, а они сужают бедра. И потом проблематично рожать. Я все о родах знаю. Моей любимой книгой в детстве была книга о гинекологии.

Я быстро глянула в зеркало заднего обзора, чтобы заметить как Лера зажала рот руками и свалилась Киру на колени. Ее муж притих и с задумчивым видом вставил наушники, а после закрыл глаза. Ну супер!

– Картинки рассматривал?
– не удержалась я.

– И читал.
– с серьезным видом ответил Марат.
– Уже тогда знал, что буду жене помогать рожать дома. А еще лучше - уехать на природу, в поле и там. Представь себе: лето, солнце, ромашки вокруг и ребенок появляется в гармонии.

Я вдруг поняла, что это будет очень долгая поездка. Сильнее вцепилась в руль и постаралась вдыхать и выдыхать как можно спокойнее. Ну мало ли какие у людей интересы. Животных он не мучает, людей тоже… надеюсь.

К счастью, Марат не стал посвящать нас в подробности своих книжных интересов. Мы переключились на более мирную тему. Парень искренне интересовался природой. Правда, в несколько странном ключе, но все же интересовался. Мы с друзьями узнали, что у деревьев есть своя энергия, что она может лечить. Что в лесу дышится легче.

– Тут согласен.
– не удержался Кир.
– Без выхлопных то оно всегда лучше. Мы как-то на неделю умотали на озеро. Так с утра встаешь и красота! Дышится легко, похмелья нет, если накануне чуть перебрали.

– Я не пью.
– сообщил Марат.
– Это яд.

– Точно.
– поддакнул Кир.
– Все яд и все лекарство в правильной дозировке.

– Лекарство - природа.
– парировал наш общий знакомый.
– А не эти таблетки, которые делают нас инвалидами. Вот вы думаете почему сейчас столько больных? Ага, молчите! Просто везде пихают разные таблетки. Люди пьют и начинают болеть еще сильнее.

Моя логика затрещала по швам. Я молча следила за дорогой, пока друзья тоже переваривали информацию.

Марат продолжал нас просвящать, по бокам мелькали деревья, поля, случайные люди на полях, тракторы, деревеньки. В итоге, мне показалось, что мы ехали как минимум половину дня. И когда увидела знак стоянки, то едва не зааплодировала. Сейчас пойдем на прогулочку, тут Марат и заткнется, будет дыхание беречь.

Заодно я продумала прочувственную речь для бабушки. Неужели по ее мнению я должна клюнуть вот на “это”?