— А это не предательство нанимателя? — С сомнением протянул Боря. — Нас же тогда свои не поддержат.

— Нет, — хмыкнул Сергеич. — Мы ведь не собираемся ему вредить, так? Просто выполним небольшую просьбу местных, за что нам пообещали немалый куш и наём на следующий год.

— Тогда ладно, — согласился с отцом рыжий.

Иуды! раздул я ноздри от гнева и сжал кулаки.

Дальнейшие их разговоры ничего интересного не несли, и мы также скрытно убрались из под окон караулки, незаметно проскочив к себе. Из комнаты Жука всё также раздавался раскатистый храп, был я спокоен. Разделся и прошел в свою комнату, сев на кровать.

— Ну и дела… Ну и дела… — Не мог я поверить в услышанное, всё ещё переживая. И их дядя Иван считал честными и преданными наёмниками? Руку пожимал?

— Гав, — подал голос Шарик.

— Отныне нам с отрядом «Мангуст» не по пути. Отработают своё и пусть катятся, — сказал я псу по секрету, поглаживая его за ухом — А ты молодец! Спас меня можно сказать. А то пригрел, понимаешь змею под боком. А ведь я ещё хотел предложить им продлить контракт. А со временем и в личную дружину взять. Эхххх, — тяжело выдохнул я, в который раз разочаровываясь в людях. — Ладно, давай спать. Утро, вечера мудренее, — забрался ко мне огромный комок меха и так в обнимку мы и заснули.

Утром всё было как обычно. Завтрак, зарядка, несколько часов медитаций.

Понять, что меня что-то гложет изнутри — было невозможно. Я ни словом, ни делом не показал изменившееся отношение к отряду Сергеича. Спасибо мачехе, научился я дома играть на публику и лицемерить. Взглянешь на неё или отца хмуро или не дай боже зло, сразу отведаешь плетей от нашего палача.

Так что пришлось научиться врать, недоговаривать и улыбаться в лицо врагу. Думал, это осталось в прошлом, в родовом гнезде, но нет, похоже, от этого никуда не деться.

— Боря! Такси вызвал? — Закончил я пробежку вместе с Шариком и повеселевший вбежал в дом.

Всё наладится. Хватит себя накручивать, упал на коврик у дверей счастливый пёс с высунутым от усталости языком.

— Да. В десять утра будут, — жевал он бутерброд за столом в компании Жука, чистящего разобранный пистолет ТТ.

— Ну и ладушки, — скрылся я в ванной, встав под тугие струи горячей воды, смывающие с меня усталость.

В Сибири, из-за практически отсутствующих дорог и огромных расстояний между городами и населёнными пунктами — такси было воздушное. Вертолёты, для тех, кто побогаче и тихоходные дирижабли для остальных. Железная дорога пока оставалась только в планах.

Пока ждали вертолёта, обдумывал ситуацию, и она мне не нравилась. Доверять Сергеичу и его отряду больше нельзя. Где гарантия, что за крупную сумму он меня не продаст? Нужны свои, верные до гроба люди. Но где их взять? Где?

Вертушка приземлилась, и я в компании охраны отправился покорять город Сибирск, смотрел я в иллюминатор за проносящимися под нами лесами, ручьями и небольшими речушками. Однообразный пейзаж быстро наскучил, и я прикрыл глаза, притворившись спящим.

Нужно будет не забыть сходить с Шариком к месту гибели его бывшего хозяина. Интересно, что власти так хотят скрыть, раз не постеснялись подкупить мою охрану? Ведь в округе на тысячи километров ничего нет?! Или есть? Но слуги, Зорины — ничего такого не докладывали. Впрочем, я теперь и сам знаю, что они многое скрывали, одна ель чего стоит, так что бездумно доверять написанному в их бумагах — глупость несусветная.

— Семён, подлетаем, — мягко коснулась моего плеча рука Сергеича.

— Понял, — открыл я глаза, на показ потянувшись.

— Пап, там Маша в загонах! — Неверяще прикрыла рот рукой молодая девушка, отвернув взгляд от клеток с холопами, выставленными на продажу.

— Не показывай виду, — не размыкая губ, потребовал её отец, боярин Московитый.

Гремевшая в Сибирске последние полгода война между боярским родом Слуцких и Гончаровых закончилась. Казалось бы, Слуцкие вырезаны полностью, а их слуги и воины охолопены и выставлены на продажу, но почему же одна из дочерей погибшего боярина в загоне? Как могли Гончаровы так ошибиться?

— Мы не можем её выкупить. Это сразу привлечёт внимание.

— Но отец! — Глазами, полными непролитых слёз посмотрела на него дочь. — Это же Маша!

— Не можем, — отрицательно покачал он головой и увёл с рынка дочь, пропустили они момент, когда к клеткам в окружении охраны подошел молодой человек, не старше тринадцати лет.

Небольшой провинциальный городок Сибирск — мне понравился. Аккуратные каменные домики, соседствующие с бревенчатыми срубами, словно выпрыгнувшими со страниц сказок. Приветливые люди, щеголявшие в мехах. Лиса, волк, медведь, ласка, угадывал я, что на них одето, посмеиваясь над женщиной, напялившей на голову шапку из огромной вороны.

Как только люди не изгаляются, желая выделиться.

Впрочем, в город я прибыл не для праздного шатания, убрал я подписанные контракты в саквояж и достал блокнот из кармана, вычеркнув один из пунктов. Деньги уплывали сквозь пальцы словно вода.

— Куда дальше? — Жизнерадостно светил своей физиономией рыжий иуда.

Если раньше он меня забавлял, то теперь раздражал.

— Мне сказали, что род Гончаровых выставил на базаре хороший товар. Имущество неких Слуцких, с которыми у них была война. Надо сходить глянуть. Обещали большие скидки, — неспешно пошли мы в направлении шума.