Михаил стоял у штаба авиаполка и вглядывался в сумрак хмурого осеннего вечера. Аэродром в Кубинке жил своей размеренной, устоявшейся военной жизнью. Боевая работа не прекращалась и с наступлением ночи. Взлетали по зеленой ракете звенья яков, сновали туда-сюда техники, таская свои железяки и ящики с патронами. Сердитыми жуками ползали от самолета к самолету заправщики. Сквозь гул авиамоторов слышался грозный рокот канонады, фронт подкатывался все ближе и ближе к Москве. Рядом с Михаилом, так же вглядываясь в наступающую темноту, стояли его старые, еще со времен учебы в Новочеркасском политехе, друзья и соратники Сергей Гудзик, Шурка Даниленко и Миша Захаров. С двадцать восьмого года они вместе. Вместе учлись в группе профессора Левкова[i]. Это Мишка Захаров впервые, захлебываясь от восторга, рассказал Милю об автожирах и заразил молодого парня этими удивительными машинами. Они тогда все вместе собирали аэросани и гоняли потом по практически бесснежному Новочеркасску, распугивая обывателей. Совместная работа сдружила парней, и эта дружба не угасла спустя годы. А еще их сближала вера в будущее геликоптеров, изрядно подорванная, правда, недавними фронтовыми испытаниями. Михаил даже начал впадать в депрессию, от которой спасался напряженной работой. И тут этот странный вызов к Сталину. Беспрецедентная секретность, неясные намеки и пожелания. И вот они стоят у штаба авиаполка на аэродроме в Кубинке, куда их привезли на холодном автобусе молчаливые люди из НКВД и вглядываются в темноту, пытаясь понять, что же такое здесь есть, настолько секретное и нужное стране, что сам Сталин выдернул их с завода и направил сюда. Командир полка вышедший узнать, что за гости прибыли в их распоряжения, выслушав сопровождающего, добавил таинственности, протянув с улыбкой:

– А-а-а, это вон к кому, ну их ждет много удивительного, - а потом, взглянув на толпящихся гуртом у входа в штаб прибывших, добавил, - товарищи, не толпитесь у входа, мешаете работе отойдите в сторону или зайдите, погрейтесь, дежурный по штабу вас разместит.

В помещение заходить никто не захотел, всем было интересно увидеть загадочную секретную технику. Однако, ничего подобного на аэродроме и близко не было, обычные Яки, обычный аэродром, самая обычная работа техников, все точно так же, как было во время испытаний автожиров под Ельней.

Но вот от КПП, тускло светя полосками фар, закрытых колпаками светомаскировки, показалась эмка, и тут же к их группе подъехал, привезший их сюда автобус. Из эмки вышел знакомый по встрече со Сталиным майор госбезопасности и приказал размещаться в автобусе, еще раз предупредив, чтобы никто ничему не удивлялся и о соблюдении секретности. Люди, оживленно переговариваясь, разместились в автобусе, который пристроившись за эмкой, затрясся на мелких ухабах в сторону перелеска в самом конце аэродрома. Автобус остановился, не доезжая метров сто до редких деревьев и какой-то кучи веток, припорошенных ранним снегом. Сопровождающий их нквдшник, попросил пока не покидать салон. В окно было видно, как из эмки вышел майор и к нему из перелеска выскочил боец в маскхалате. Майор что-то сказал ему, боец откозырял и бегом помчался к заснеженным веткам, откуда-то выбежали еще бойцы и начали растаскивать ветки. Под ними показалась маскировочная сеть, скрывающая, судя по контурам, огромный автожир или геликоптер. Когда бойцы стянули сеть, все в автобусе восторженно ахнули, перед ними оказался девятнадцати метровый красавец, окрашенный в какую-то пятнистую расцветку, с красной звездой на фюзеляже. Михаил, как и все, восхищенно смотрел на удивительную, прекрасную машину. Кто?! Кто мог такое сделать?! Почему он не слышал ничего о подобных разработках?!

Из эмки вышли еще два человека и направились к вертолету. Они обошли его вокруг, тщательно при свете фонарика вглядываясь в корпус. Тот, что поменьше осмотрел рулевой винт, а потом ловко забрался наверх, оглядев несущий. Второй в это время, открыв люк с боку машины, что-то рассматривал внутри. Маленький спрыгнул вниз и кивнул майору. Тот подошел к автобусу и, открыв дверь, сказал:

– Все, товарищи, прибыли. Организованно выходим и строимся, дальше мы полетим на этом красавце. К вертолету не подходим, дайте летчикам возможность нормально провести предполетную подготовку, вы еще успеете насмотреться и изучить эту машину и не только эту.

Интересно. Значит, есть еще подобные машины. Но все-таки, кто же их сделал? Явно не в СССР, они бы с Николаем Ильичом[ii] знали об этом. Значит все же Сикорский! Больше не кому. Как же удалось выбить у союзников новейшую технику? Ладно, скоро все станет ясно. Но какой же красавец – этот вертолет, именно такой он видел машину в своих мечтах. Все вышли из автобуса и кое-как построились рядом с ним, люди-то не военные. Бойцы, видя, как неуклюже строятся инженеры, тихонько посмеивались. Майор поморщился, а потом объявил:

– Сейчас летчики подготовят вертолет и вы организованно, выполняя все распоряжения летчиков, разместитесь в грузовой кабине. С расспросами не приставать, вам все равно не ответят, а отвлекать людей будете. Пока покурите в сторонке.

– А кто не курит? – раздалось из подобия строя.

– А кто не курит, просто постойте и не лезьте никуда, - Волков был не расположен к шуткам, сильно напряженные выдались прошедшие сутки. – Михаил Леонтьевич, подойдите, пожалуйста. Михаил подошел к майору. Тот протянул ему руку: - Давайте знакомиться поближе, работать нам теперь предстоит вместе много и очень интенсивно. Зовут меня Владимир Викторович, фамилия Волков. Я буду обеспечивать охрану и секретность всего проекта, так же через меня вы будете осуществлять связь с Верховным Главнокомандующим. У меня приказ обеспечить Вам и Вашей команде режим полного благоприятствования, в части техники для вас будет полный допуск к информации. Сейчас я Вас познакомлю с летчиком, он же единственный человек, кто разбирается в этой технике, работать будете вместе, так что прошу найти общий язык. И не удивляйтесь его возрасту, парень доказал, что достоин доверия.

– Хорошо, - Михаил уже ничему не удивлялся, хотя упоминание возраста летчика его заинтриговало, хотя мало ли у нас в стране отличных молодых летчиков. Майор повернулся к вертолету и крикнул:

– Саша, ты закончил.

– Заканчиваю, Владимир Викторович, еще десять минут.

Еще одна странность – молодой летчик, обращается к майору госбезопасности по имени отчеству, а тот вместо того, чтобы одернуть его, принимает это, как должное. Через десять минут из темноты со стороны вертолета появилась худощавая фигура в странной пятнистой одежде:

– Звали, товарищ майор государственной безопасности?

– Да, Саша. Знакомься – товарищ Миль, теперь работать будешь с ним.

На Михаила удивленно и восторженно уставился шестнадцатилетний мальчишка:

– Товарищ Миль?! Михаил Леонтьевич?!

– Даа… - удивленно протянул Михаил, ему не был понятен этот восторг и почитание в глазах паренька, да и показалось странным, что этот Саша как будто его знал, - простите, мы знакомы?

– А? Нет, извините… То есть да… То есть нет… Я Вам сейчас все объясню, - Сашка посмотрел на Волкова.