А русская парадигма языковая… потому что языковые парадигмы на самом деле представляют собой парадигмы мышления. И они сейчас важнее и сильнее.

Но проблемы отношений России и Китая, которые, несомненно, высветились за последнее время, когда вот эта политическая необходимость и воля каких-то государей швырнула нас в эти жёсткие объятия… Значит, нам приходится искать новые способы коммуникации, и эти способы должны быть гораздо глубже и тоньше, потому что и китайский язык, и русский язык, они имеют принципиально иную глубину, по сравнению с европейским языком.

АМ: А как они соотносятся между собой?

БВ: Вот между собой-то они как раз соотносятся труднее. Но если это соотношение создастся, если получится эту коммуникацию наладить, то это будет гораздо более глубокая коммуникация. Поэтому, с одной стороны, это политические директивы, что «Давайте дружить!». В 50-е годы, давайте дружить в 90-е годы, 2000-е, но на самом деле в отношениях у русских и китайцев гораздо больше душевной близости и теплоты, чем у китайцев с англосаксами или у русских с англосаксами.

И там и там в большей степени подражательность, и там и там в большей степени какие-то постоянные заимствования, которые плохо садятся на эту почву.

АМ: Но это взаимоотношения на уровне колонизаторов. Главные колонизаторы – это англосаксы. Они придумали деньги. По крайней мере, ввели их в контрольный оборот.

БВ: Они запустили их как регулятор сознания всех народов.

АМ: И китайцы, русские, японцы и прочие жители Бразилии и Судана могут между собой выстраивать отношения…

БВ: Вот они эту игру и придумали. Они уже придумали игру не с танками, а с фантиками за какие-то призы.

АМ: Всё получается.

БВ: Да-да. Но получается, кстати говоря, я не уверен, что слишком уж идеально. Так, как бы хотелось тем, кто игру придумал. Потому что игру придумать – дело непростое.

АМ: Ну, тысячелетия пройдут, как в твоей китайской традиции, потом что-нибудь да изменится.

Вот в 70-летие окончания Второй мировой войны многие узнали, что, оказывается, китайцы тоже воевали и там какие-то миллионы людей погибли. Для большинства, для массового сознания это новость, Люди так, вот я общаюсь немножко по журналистской своей профессии, говорят: «Да это все ерунда. Никто не обращает внимания». Японо-китайские противоречия. Если почитать современные источники – они гораздо более жёсткие, чем англо-германские, русско-немецкие и прочие…

БВ: Да, абсолютно верно.

АМ: А что там такое, между китайцами и японцами?

БВ: Между китайцами и японцами… Моя картина мира: в своё время японцы, столкнувшись с китайской цивилизацией, увидели всю эту глубину и возможность. И начали черпать оттуда руду, ресурсы. Взяли иероглифы, взяли китайское Пятикнижие, ввели у себя конфуцианские модели, ввели у себя правление, экзамены чиновничьи.

В общем, как-то скопировали. И, с их точки зрения, они скопировали гораздо лучше, чем китайцы. Они как бы опозорили свой потенциал. Ты же знаешь, как бывает.

АМ: Они – это…

БВ: Китайцы. Что китайцы совершенно не тянут на те достижения интеллектуальные, духовные предков, которыми японцы сумели воспользоваться. Японцы – как таковой младший братик, физически покрепче, поживее, идущий по чьим-то следам, он всё время пытался доказать Китаю, что он правильней, круче, что он это употребил всё это лучше…

АМ: Так почему жестокости-то такие? В фильмах, книжках про их концлагеря такое…

БВ: Да вот это именно такая позиция, что вы – не люди. Вам это было дано, и вы с этим так плохо разобрались. И потом, ты же понимаешь, насколько всегда жёстче противоречия между родственниками, между близкими людьми… Ну, с кем-то ты повздорил и забыл. А здесь же люди связаны между собой генетически близко. А эти – ещё и тысячелетиями. И как только предоставлялся случай, то, конечно, показали по полной вот эту свою крутизну. Никто не ожидал, что всё так закончится.

АМ: Пришли злые англосаксы, сбросили атомную бомбу, и всё закончилось.

БВ: Ну, в определённой степени. Я хочу сказать, и наши братья славяне тоже что-то там поделали. Не уверен я, что всё было абсолютно гладко и что сила-то была, и сила немереная, серьёзная. Мы однозначно являемся соперниками англосаксов.

АМ: Мы – это кто?

БВ: Россия.

АМ: А китайцы?

БВ: И китайцы тоже.

АМ: Все против англосаксов? Или англосаксы против всех?