Когда вернулись остальные, я дочитывал презабавный цикл статей с рассмотрением действий войск генерала Эсдес на Юге. Понятно, что у трудящихся в «Имперском Вестнике» журналистов весьма… своеобразный взгляд на вещи. Но называть тактику выжженной земли милосердной? Воистину нет границ людскому лицемерию, как и глупости тех, кто верит в подобный бред.

Не то чтобы я считаю ход повелительницы льда и холода неприемлемым, наоборот, в противостоянии с уклоняющимися от прямого боя партизанами, по-другому сражаться было бы контрпродуктивно. Да и выбор между жизнями мирных граждан Империи и имперских же солдат и жизнями населения враждебных городов вполне очевиден. Только зачем упражняться в словесной эквилибристике? Странные люди эти журналисты.

Зато описывая откровенно людоедские дикарские обычаи, газетчики не слишком приукрашивали. Вероятно, потому что сложно придумать что-нибудь более весёлое, чем измыслили южане. Эти ребята обладали немалой выдумкой в вопросах пыток и зрелищного убиения. Думалось мне, что нормальный человек, побывав в какой-нибудь из имперских деревенек, где гостили «непримиримые» был бы обеспечен кошмарами на годы вперёд. Вскрыть живот беременной и учудить что-нибудь интересное с плодом? Поиграть в игру поймай ребёнка на копьё? Заживо скормить человека своим зверям или, в случае процветания в племени каннибализма, соплеменникам? Пф, цветочки! Вот если они не торопились…

Впрочем, и наши солдаты, в поселениях южан, тоже совсем не бабочек ловили. Война, как и всегда, больнее всего била по беззащитному населению в местах боёв, а не по самим бойцам или, тем более, тем, кто её развязал.

Оставив газету, направляюсь на выход из номера.

— А вот и наша беглянка! — воскликнул приветливо скалящийся Кей. — Ай-яй, Куроме-чи, разве можно бросать друзей в такой невыносимо тяжёлой битве? — парень держал в одной руке несколько пакетов, а в другой стянутую специальным ремнём стопку книг, видимо Акира нашла литературу по стимуляторам. Из-за плеча брюнета выглядывало напоказ нахмуренное лицо означенной особы. Рыжая сложила руки под грудью, пытаясь придать себе суровый вид, но по глазам заметно, что девушка пребывала в приподнятом настроении. Готов поставить ящик печенек, против подгнившего яблока, что нашего медика просто распирало от желания поделиться впечатлениями.

Я не ошибся. Вскоре мы все вместе сидели в ресторанчике, где рыжая и блондинка упоённо делились своими впечатлениями от города и похода за покупками. Не знай я обеих, решил бы, что Акира и Эрис давние подружки, так хорошо они успели спеться на фоне совместного шоппинга.

Парни тоже вносили свою лепту в разговор, пусть и заметно меньшую, чем словоохотливые девушки, которые даже меня сумели втянуть в разговор о пляжной моде.

Когда все наелись и наговорились, пришло время встречать миньонов, которые должны ожидать в сквере неподалёку. Попрощавшись с оставшейся ворковать за столом парочкой Натал/Эрис, я отправился принимать отчёты подчинённых. Интересно, много ли они смогли наработать?

Миньоны наработали немало.

Кента, от которого пахло алкоголем, табаком и женскими духами, собирал информацию в офицерском кабаке, где бывший капитан истребителей монстров успешно сошёл за своего. Изрядно оживший после последнего апгрейда, он, пребывая в неплохом настроении, поведал мне, что корпус «туристов» возглавлял некий старший генерал Вит — чуть ли не единственный из толковых генералов поддерживающих нынешнего военного министра. Несколько лет назад он смог перешагнуть планку Мастера, а недавно получил повышение до старшего генерала. Тейгу он не владел, характеризовался подчинёнными как неплохой человек и дельный командир. Любил искусство и женщин, особенно певичек. Недавно подвергся неудачному покушению, по слухам — месть от недобитков из Южного королевства.

Армейский корпус этого генерала, по официальной версии, действительно прибыл для учений. Только даже сами офицеры недоумевали от того, что учения так и не начались. Пока военные манёвры ограничивались погромами кабаков и лихими кавалерийскими наскоками на казино и бордели, что по понятным причинам, не вызывало у офицерства ни капли недовольства. Нижних чинов неплановый отпуск, разумеется, не коснулся. Тренировки рядового состава, к слову, всё же были усилены, как я понял, во избежание попыток самостоятельного поиска приключений. Но никаких манёвров командующий корпусом проводить не спешил, оставив младший и средний офицерский состав теряться в догадках. Высшие офицеры, возможно, знали больше, но к ним с предложением выпить и перекинуться в карты не подойдёшь.

В общем, непонятно и подозрительно. Ещё больше подозрений появилось, когда Счетовод продемонстрировал добытые карты Кукуты. Признаться, я не особо надеялся на то, что ему удастся здесь достать толковые карты целевого города и провинции, и уж тем более не предполагал, что их будет целая пачка, да ещё с военными штемпелями на обороте.

Да уж, одни наводят секретность даже от собственных офицеров, а другие толкают на сторону секретные карты и засвечивают всю операцию. Как это мило и знакомо! Вот только если недовольных решили давить солдатскими сапогами, то с какого перепуга туда отправили ещё и нас? И почему вояки просиживают штаны в Сингстриме, а не прессуют вольнодумцев и сепаратистов на юге? Опять какие-то мутные интриги?

Остальной отчёт я слушал краем уха, большей частью сознания погрузившись в мысли. В голове варились и бились углами выуженные из прессы и полученные в ходе службы данные. Непонятные телодвижения недавно назначенного министра обороны Кокэя, который с энтузиазмом взялся за передел «южного пирога», после войны растерявшего часть хозяев. Наше нынешнее задание. Неожиданно передислоцированный армейский корпус.

И миссия по зачистке Храма-гробницы, с которой всё началось.

Быть может я и ошибаюсь, но паранойя нашёптывала, что Южная кампания могла быть не результатом идиотизма, а грязным политическим приёмом.