— Какая красота, — на выдохе вырвалось у меня, а руки уже сами собой тянулись к украшению.

Эйдон же, заметив мое появление, резко захлопнул шкатулку и посмотрел на меня каким-то диким, испуганным взглядом.

— Ничего особенного, — быстро произнес он и спрятал шкатулку в ящик комода. — Зачем ты пришла?

Украшение исчезло с глаз, а с ним ушло и наваждение. Разум вновь прояснился, и я ответила, правда, все еще немного рассеянно:

— Я вспомнила, где находится метка.

— Вспомнила? — Гард снова как-то странно дернулся, но в этот раз все же быстрее вернул себе нормальное выражение лица: — И где же она?

— Вот здесь, — я показала на руку. — Ты можешь ее снять?

— Конечно! — теперь Эйдон изобразил радостную улыбку. — Дело секунды, — он взял все с того же комода пузырек из темного стекла, затем из кармана — кружевной платок, и смочил его зеленоватой, кисло пахнущей жидкостью из флакона. — Будет немного щипать, но быстро пройдет, — с этими словами он приложил мокрый платок к моей коже.

Я прикусила губу, терпя не самые приятные ощущения. Руку действительно щипало и кололо, а на смоченном месте начали проступать очертания того самого знака. Значит, я не ошиблась. Гард еще раз прижал к этому месту свой платок, и теперь метка зашипела и стала плавиться, постепенно исчезая.

— Она навсегда пропала? — спросила я с сомнением.

— Да, не беспокойся. Фаррет больше не сможет тебя отследить... — отозвался довольный Эйдон, у меня же впервые закралось сомнение, что, возможно, я поспешила, когда рассказала ему о метке. 

Роун Фаррет

– Сьер Фаррет, к вам глава клана Зыбучих Песков сьер Лукас Морай, — с поклоном доложил вошедший слуга, и Роун оторвался от бумаг, в которые вот уже битый час безуспешно пытался вчитаться: взгляд постоянно соскакивал со строчек, а мысли уносились в иную сторону.

— Пригласи его в малую гостиную. Я сейчас подойду, — Фаррет сразу оживился, даже настроение немного поднялось. — И сразу выпить принеси.

Лукас Морай — единственный из всех правителей конфедерации, с кем он был близок и водил крепкую дружбу. С остальными же главами кланов их связывали сугубо деловые отношения, ну а Гарды и вовсе были на особом счету.

Фаррет даже не стал переодеваться, остался в домашней одежде, лишь оправил закатанные рукава рубашки, и поспешил навстречу гостю. Уходя, еще раз бросил взгляд на красную точку, застывшую на карте в районе Друба — главного города Ваи, и закрыл за собой дверь.

Лукас уже ждал его в гостиной и был как всегда весел и полон жизни.

— Рад видеть тебя в добром здравии, Роун! — он с радостной улыбкой хлопнул Фаррета по плечу.

— И я тебя, Лукас, — он не остался в долгу и тоже по-дружески похлопал приятеля по плечу. — Какими судьбами?

— Решил заглянуть к другу, приободрить его. Кстати, я не один, — он дал знак слуге, который как раз застыл в дверях с подносом, заставленном напитками и закусками. Тот кивнул, опустил поднос на столик у кресел и удалился. Фаррет наблюдал за всем этим с непониманием, но интересом.

— Кого ты мне привел?

— Своих жемчужин, — сделав умышленную паузу, отозвался Лукас, и в этом момент в гостиную вошли три девушки в соблазнительных одеждах и остановились, потупив взгляд.

— Ты с ума сошел? — Фаррет был раздосадован выходкой приятеля. — Зачем мне они?

— Я слышал, ты отпустил всех своих наложниц не так давно. Думаю, сейчас ты об этом уже жалеешь, разве нет? — карие глаза Морая искрились весельем.

— Нисколько, — в Роуне стало закипать раздражение. Чтобы как-то сдержать его, он переключился на графин с ликером и начал разливать напиток по рюмкам.

— Так что, я зря привез своих красавиц? — с преувеличенным сожалением вздохнул Лукас. — Ну посмотри же на них, — он все же подошел к девушкам. — На любой вкус: темненькая, светленькая и рыженькая... Они, знаешь, какие чудеса творят в... кхм...

— И знать не хочу, — беззлобно огрызнулся Фаррет. — Убери их с моих глаз, будь добр...

— Ладно, — Морай, развел руками, — идите девочки, ждите меня снаружи...

— Давай просто выпьем, — предложил Роун, протягивая ему рюмку с густым коричневым напитком.

— Давай, — Лукас охотно взял ликер и тотчас пригубил его. — Но я видел Петру, когда шел сюда. Ее ты не прогнал?

— Она вернулась... — бесстрастно отозвался Фаррет. — И я разрешил ей остаться. Пока.

— Она до сих пор лелеет надежду сменить статус официальной любовницы на статус жены? — Морай опустился в кресло и закинул ногу на ногу.

— Я разберусь с ней позже... Ты же понимаешь, почему не могу быть с ней слишком резок...

Лукас кивнул уже без улыбки и поинтересовался: