— Милена, — промурлыкала Валлея, обращаясь к моей собеседницу.

Проклятье, значит все-таки Милена. А я думала, что Джули. Хотя…все равно.

— Отстань ты от нее.

— Вот! — я согласно кивнула, — отличный совет. Слушай, что тебе подруга говорит. Отстань от меня и займись своими делами.

— Не за чем тратить свое время на не пойми кого, — Валлея проигнорировала мои слова. Будто меня и не существовало. Пустое место.

— Тебе легко так говорит, — Милена перекинулась на подругу, — твой-то парень на такое даже не посмотрит.

Эти слова полоснули, взбороздили старые раны, на которых только-только кровавая корка застыла. Да, Джер на такое не посмотрит. Вернее, посмотрит, но исключительно в практических целях.

— Так может она сама к нему лезла? — Верхняя прошлась по мне пренебрежительно-оценивающим взглядом, — небось сокурсники свои убогие надоели. Решила на нормального парня забраться. Да, фея?

Хорошо, что мантия до самого пола и они не видели, как сильно у меня задрожали коленки. Еле удавалось стоять ровно.

— Валлея! — Джер рыкнул так, что все испугано присели.

— Что? — перевела на него ясный взгляд, — знаешь сколько таких…простушек…

— Заткнись.

Верхняя от неожиданности открыла рот, но ничего не сказала. Только смотрела на своего ненаглядного как коза на балалайку.

У меня сердце еле билось. Спасибо за поддержку ледяной, но я тебе не верю.

— Связаться с кем-то из вас? Да никогда в жизни, — сказала, молясь, чтобы голос не дрогнул, — себе дороже выйдет.

Просочилась мимо Милены, все так же стоявшей на пути и поспешила прочь, чувствуя, как они смотрят мне вслед.

Холод не отступал. Следовал за мной по пятам, забираясь все глубже под кожу. Я даже испугалась, что ледяной маг решил меня догнать. Украдкой оглянулась, чтобы убедиться — за спиной пусто, никто меня не преследовал.

Как же плохо. Хоть волком вой, да на стены бросайся.

Пожалуй, я прогуляю последнее занятие. Сил нет никого видеть. Я слишком устала.

По парадной лестнице спустилась в главный холл, а потом и вовсе выскочила на улицу. Ветер тут же ударил в лицо, взметнул полы мантии. Холода уже близко. Скоро придут дожди, небо затянет мрачными тучами, и погода станет под стать тому, что творилось у меня внутри.

И снова порыв холодного ветра, такой отчаянный, что едва не сбил меня с ног.

Я поежилась, обхватила себя руками и пошла вдоль каменных стен, глядя как передо мной порхал расписной кленовый лист. Он то взмывал к верху, то стелился по земле, то кружился в вихре, то будто крылья распахивал и птицей парил над землей.

Красиво и почему-то грустно. Он словно пытался убежать от надвигающейся осени, сохранить краски и ту крупицу жизни, что еще пульсировала в нем. Я залюбовалась. Смотрела на него как завороженная, и даже проблемы казались какими-то далекими, размытыми.

Лист метнулся за угол, и я свернула следом, наблюдая за его борьбой, безуспешной попыткой побега.

Лист кружился по двору, а я ходила за ним, как привязанная, и не заметно для самой себя оказалась возле маленькой двери, в половину моего роста. Через нее с нижних этажей, с кухни, из кладовок, с прачечных мусор наверх передавали. Листик взметнулся, расправил свои лучи и прилип к дверце, а я замерла. Потому что внутри с новой силой всколыхнулось то самое желание, что гнало меня вниз в подвалы.

Отступила, и снова ветер ударил в спину, толкая вперед. Внутренности узлом скрутило, от страха, потому что стремление идти туда, в неизвестность было настолько велико, что не могла сопротивляться.

Непослушные ноги против воли вперед пошли, а лист на двери все трепетал, словно упрашивая открыть дверь и забраться внутрь.

Я еще раз попыталась остановиться, проигрывая самой себе…и сдалась. Затопило ощущение того, что так правильно, что мне нужно туда больше всего на свете.

Воровато оглянулась, и, убедившись, что никого во дворе нет, приоткрыла дверцу и аккуратно скользнула в прохладный сумрак.

Едва глаза привыкли, я поняла, что нахожусь в небольшой, абсолютно пустой комнате, на противоположной стороне чернела арка выхода. Туда я и отправилась, начисто растеряв остатки осторожности, потому что тяга стала непреодолимой.

Я проскользнула мимо прохода, ведущего на кухню, потом мимо прачечных, где трудились и смеялись веселые прачки, и выскочила к складам. Здесь меня поджидал сюрприз в виде старого Битрея, который сидел на мешке с пшеницей и попивал настойку из жестяной фляги. Делал глоток, морщился, тряс головой, а потом растекался в приторной улыбке.