— Девчонок позови, — ляпнула и осеклась. Какой толк от ведьмочек с младших курсов? Никакого. Если придут — будем все вместе сидеть под щитом Эльвиры. Нет, нужен кто-то посильнее.

— Девчонок не надо, — торопливо отказалась от своих слов, увидев, как Пятка метнулась к выходу, — стой!

Она замерла и развернулась ко мне.

— Позови Джера.

Пятка щелкнула недовольно. Он ей категорично не нравился.

— Он тебя уже видел, поймет, что к чему…надеюсь. Если что — можешь его пнуть, я разрешаю. Главное сделай так, чтобы он пришел. Иди. Поторопись.

Пятка в нерешительности потопталась на месте, нервно сгибая и распрямляя пальцы, а том ускакала, так быстро, что я и глазом моргнуть не успела.

— Откуда у тебя эта гадость? — брезгливо спросила Верхняя.

— Сама ты гадость. Это Пятка. Милейшее создание.

— Я заметила, — Эльвира замолчала на миг, а потом со слабой усмешкой поинтересовалась, — Значит, феечка положила глаз на нашего Ледяного?

— Ни на кого я ничего не клала.

— Да ладно тебе. Там есть на что засмотреться. Предупреждаю, Валлея с тебя шкуру спустит, если сунешься к нему.

Хорошо, что в склепе сумрак и не видно, как у меня заалели щеки.

— Я не собираюсь к нему соваться…и вообще…

Шшшшрррхх, клек. Клек. Клееек.

Мильган возвращался. Мы слишком много шумели, слабый Элькин щит не смог этого скрыть. И снова пять долгих минут сидели неподвижно, боясь даже моргать, а черное нечто ощупывало нашу защиту.

Страх уже бился в венах, заменяя кровь.

— Давай выбираться, — снова повторила, едва мы остались одни.

— Как? Потащишь меня на закорках? У меня, знаешь ли нет крыльев, чтобы упорхнуть отсюда белой птицей.

Точно, крылья! Как я раньше об этом не подумала!

— Загадай желание улететь отсюда, упорхнуть. Как угодно. Если ты поднимешься в воздух, у меня будет шанс вытащить тебя отсюда. Давай. Постарайся. Это сложно для меня, я не умею строить такие сложные схемы, но попробую, — смущенно опустила взгляд и поклялась себе, что больше никогда не буду спать на уроках профессора Модеста.

Эля закрыла глаза, пытаясь настроиться на нужный лад, губы беззвучно проговаривали желание, повторяли вновь и вновь, потом она набрала полную грудь воздуха и на выдохе сказала:

— Хочу улететь отсюда.

Я взмахнула палочкой, и Элька медленно приняла вертикальное положение, поднимаясь над полом.

Получилось. Осталось как-то найти дорогу обратно и вытащить за собой ослабленную девушку.

Знать бы куда идти. Обратной дороги я не помнила.

— Готова? — с сомнением посмотрела на Элю, которая висела в воздухе, как куль с мукой — тощие, искусанные ноги безвольно болтались, и сама она больше походила на приведение, чем на высокомерную Верхнюю.

Я сделала аккуратный шаг в сторону выхода, и она, словно шарик на веревочке, последовала за мной.

Клек.

Мы замерли, боясь дышать.

Клек, клек. Раздалось вкрадчиво, с хищными перекатами…Откуда-то сверху.

Мы уставились друг на друга, не в силах пошевелиться, а потом медленно подняли взгляд к потолку.

Прямо над нами, распластавшись черной кляксой по низкому своду, висела тварь. Я не видела ее глаз, но чувствовала липкий, пробирающий до самых костей взгляд.

Шшшшшлхх. Клек, клек. Прозвучало, разрывая нервы на лоскуты.

Я поняла страшную вещь.

Над нами щита не было. И ставить его было поздно. Тварь замерла, затихла, а потом ястребом обрушилась вниз, на Эльвиру. Упало на голову, тут же обвивая черными щупальцами-веревками лицо, потом стекло на шею. Я увидела, как мелькнула красная пасть, похожая на воронку, прежде чем оно присосалось к девичьему телу, чуть ниже ключицы.

Эля истошно закричала от боли. Я отшатнулась в сторону. Хотелось только одного — сбежать. Не знаю, как я нашла в себе храбрости и не рванула прочь. Бросилась к ней, своим единственным оружием — волшебной палочкой, тыкнула в темную, перетекающую массу, присосавшуюся к Эле. Тварь вздёрнулась, когда раскалённый кончик палочки воткнулся внутрь. Я подцепила ее и что есть мочи дернула, отрывая от рыдающей Эльвиры. Отшвырнула в сторону.

Элька повалилась на пол. Некрасиво упала, как груда костей и затряслась от рыданий.

Тварь, ошеломленная моим нападением, пришла в себя и снова ринулась в нашу сторону. Клекот уже превратился в дикий скрежет, от которого закладывало уши.

— Щит! — завопила я, — Эля! Щит!

Из последних сил она махнула рукой и появился бледный, едва мерцающий купол. Такой высоты, что мне пришлось плюхнуться на колени, чтобы укрыться под ним.

Тварь налетела на барьер и начала по нему метаться, искать лазейку.

— Я не знаю сколько еще выдержу, — хрипло выдохнула Эльвира. Ее трясло, на груди зияла рана, из которой струйкой текла темная кровь.