Увидев слезы в ее глазах, я сморгнул собственные эмоции.

— Ты никогда не теряла меня, — заверил я дрогнувшим голосом.

— Я думала иначе.

— Я избавлю тебя от боли, — пообещал я и прижался к ней всем телом.

Она раздвинула бедра, чтобы предоставить мне доступ.

Я по-прежнему накрывал её своим телом, опираясь на локти, чтобы не раздавить, но настолько близко, что моя грудь терлась о её грудь, когда я медленно в нее проник. Она откинула голову назад и закрыла глаза, из ее груди вырвался сладостный стон.

Я отыскал её руки, безмолвно переплетя наши пальцы, наши языки, наши умы и наши тела, словно мы были двумя электронными элементами, созданными для подзарядки друг от друга.

Мы предавались любви медленно и эмоционально. Она плакала, а когда слезы навернулись и на мои глаза, я уткнулся носом в изгиб её шеи, ненавидя себя за то, каким чертовски уязвимым я чувствовал себя рядом с ней. Кристина обладала властью способной уничтожить меня. Если бы она отвергла меня, когда я заявился к ней домой, я, скорее всего, закончил бы как Магни, став тенью самого себя.

Но она была здесь, она хотела меня, и вместо того, чтобы трахаться как кролики и наверстывать упущенное, мы были больше похожи на двух людей, которые хотят съесть пирожное крошку за крошкой, чтобы продлить изысканное удовольствие. Для меня была важнее сама наша связь. С возвращением жены я больше не был одинок. Отныне мы с Кристиной будем одной командой.

— О чем ты думаешь? — спросил я, когда мы лежали в сплетении рук и ног, после нашей близости.

— О том, что это было прекрасное воссоединение двух возлюбленных, которые были несчастны друг без друга, — сказала она. — Кроме того, мне интересно, как ты меня нашел.

— Я вспомнил название университета, где ты преподавала, поэтому мы направились туда, и несколько дней назад кто-то видел тебя в доме для престарелых.

— И в доме для престарелых тебе дали мой адрес? — удивленно спросила она.

— Нет, — я отвел взгляд.

— Боулдер. — Она снова повернула мое лицо к себе. — Как ты узнал мой адрес?

— Мэри его дала. — Я не мог посмотреть ей в глаза и снова отвернулся.

— Да, я знаю Мэри… Что случилось? Почему у тебя такой виноватый вид?

Я прикрыл лицо рукой, пряча взгляд.

— Я сделал кое-что ужасное.

— Пожалуйста, скажи, что не причинил Мэри вреда, чтобы узнать мой адрес?

— Нет! — быстро ответил я, бросив на неё встревоженный взгляд.

— Что, Боулдер? Ты меня пугаешь. — Она села и оттолкнула меня. — Просто скажи мне. Что ты сделал?

Я тоже сел, повесив голову.

— Я бы никогда этого не сделал, если бы так отчаянно не хотел узнать твой адрес. Пожалуйста, знай, что я чувствую себя ужасно.

С каждой секундой ее лицо багровело все сильнее, а челюсти сжались до скрипа зубов.

— Что, черт возьми, ты сделал с Мэри?

У меня глаза округлились, когда с её губ сорвалось ругательство. Я откашлялся, а затем шепотом признался:

— Я её поцеловал.

У Кристины отвисла челюсть, а между бровей залегла лёгкая складка.

— Что ты сделал?

— Мне очень жаль. Мне правда очень жаль, я бы никогда не предал тебя, если бы знал другой способ.

Кристина закрыла глаза и недоуменно покачала головой.

— Ты поцеловал старушку Мэри?

Я пристыженно вздохнул.

— Да. Но ты должна мне поверить, для меня это ничего не значило.

Я не был готов к раскатистому смеху, который внезапно наполнил комнату.

— Мэри заставила тебя поцеловать ее?

Сбитый с толку ее смехом, я кивнул.

— Это еще не все. Она догадалась, что я из Северных земель, и за твой адрес спросила с меня две вещи.

Брови Кристины взлетели вверх.

— Две вещи?

— Да, она попросила взять её на руки и поцеловать.

— И ты сделал это?

Я кивнул.

— Там же, перед домом для престарелых.

В глазах Кристины сверкнули веселые искорки.

— Не могу поверить, что старая лиса способна на такое. В следующий раз, когда ее увижу, обязательно поговорю с ней.

Я напрягся.

— Ты собираешься вернуться?

— Нет, Боулдер, если только мы не поедем вместе. — Она снова легла. — Но мне бы очень хотелось отчитать ее за то, что она приставала к моему мужчине. — Она снова тихо рассмеялась.