Кристина бросила на меня растерянных взгляд.

— Дети? Ты говоришь о детях?

Я усмехнулся, глянув на неё.

— Угу. Несколько девочек — было бы в самый раз.

— Ты любишь детей? — спросила Перл с интересом в голосе.

— Да.

— А у тебя большой особняк?

— Очень большой.

— Боулдер — владелец целого острова, — добавила Кристина.

Перл выгнула бровь и уставилась на Хана.

Он покачал головой.

— Не сейчас.

— Но…

— Нет, — оборвал он её, и кратко мне пояснил. — Мы с Перл работаем над одной идеей. Я подключу тебя, когда буду готов её обсудить.

— Звучит интригующе, — ответил я, сгорая от любопытства, но он больше ничего не сказал.

— Возвращайтесь скорее, — сказал нам Хан и потянул Перл за собой. Но она не сдвинулась с места, тогда он просто поднял её и направился к дому, сказав, что ему нравится идея совместного душа.

— Они скоро поубивают друг друга, — тихо заметила Кристина.

— Или поймут, что не так уж сильно отличаются, — задумчиво произнёс я.

— О, ещё как отличаются, — подчеркнула Кристина. — Она добрая и мудрая, а он безжалостный и хитрый.

Я поцеловал её.

— А я какой?

Прикрыв глаза от солнца, Кристина расплылась в улыбке и все моё тело загудело от радости.

— Ты, Александр Боулдер, мой.

Я не мог перестать лыбиться, когда поднял её и прижался губами к её губам.

— Мне нравится, когда ты называешь меня своим.

— Тогда я буду делать это чаще, — расхохоталась она.

— Что тут смешного?

— Я просто мысленно повторяю это устаревшее слово «муж» и не могу поверить, что у меня есть муж и что я счастлива.

— Я же говорил тебе, что брак — это прекрасно, когда двое не хотят расставаться друг с другом. Страсть и любовь — лучшее, что есть в этой жизни.

Она склонила голову набок, её губы все ещё были растянуты в улыбке.

— Любовь?

— Да, — я потупил взгляд.

— Ты пытаешься мне что-то сказать?

— Ты же знаешь, что я без ума от тебя, — сказал я.

— Да, знаю. А при чем здесь любовь?

Я храбро встретил её взгляд.

— Ты не испугаешься, если я скажу, что люблю тебя?

Солнечные лучи заиграли на её лице, когда она просияла.

— Нет.

— В таком случае, Кристина Сандерс, я тебя люблю.

Она обвила меня руками за шею.

— Я тоже тебя люблю, Александр Боулдер.

Улыбаясь, мы поцеловались, и я закружил её в воздухе, после чего отпустил.

— Ты любишь меня настолько, что готова взять мою фамилию? — спросил я.

Ее глаза округлились.

— Я хочу, чтобы мы были одной семьёй и носили одну фамилию, — объявил я.

— Тогда ты можешь стать Александром Сандерсом.

— Ни за что.

— Почему?

— Потому что Боулдер — это больше, чем фамилия, меня так люди зовут.

— Я не Кристина Боулдер, я — Кристина Сандерс.

— Ты хотя бы подумаешь над этим? — спросил я её с мольбой во взгляде.

— Да, — сдалась она. — Я подумаю над этим.

— Хорошо, это только начало… Ты ведь знаешь, что я всегда добиваюсь своего.

— Неправда. — Она игриво ударила меня в грудь.

— Видишь, я в конец тебя развратил. Раньше ты была пацифисткой, а теперь бьешь собственного мужа.

— Я бы никогда…

— Само собой. Ты забываешь одну вещь, жена, — поддразнил я её с взыгравшим во мне озорством.

— Какую?

— Я не похож на ваших слюнтяев с Родины. Я — Северянин, а мы не позволяет нашим женам контролировать нас или доминировать над нами. Нам нравится быть главными.

— О, правда? — с вызовом бросила она. — Этому не бывать!

Я наклонился к ней и прошептал на ухо:

— Вот как все будет: я отвезу тебя домой, и ты проведешь весь день голой, и каждый раз, когда я захочу тебя трахнуть, я это сделаю. Все, что от тебя требуется, это говорить «да».

— Ха! — фыркнула она. — Не дождешься.

Я ухмыльнулся, подхватил ее на руки и направился к беспилотнику.

— О, так будет. Гарантирую, что тебе понравится.

Она не сопротивлялась, но держалась за мою шею, пока я шёл.

— Знаешь, Боулдер, мне, скорее всего, понравится, потому что я люблю в тебе все.

— Лгунья! — хмыкнул я. — Но ничего, я знаю, что бываю чертовски назойливым.

— Я тоже, — сказала она и уткнулась в меня носом. — Может, поэтому нам так хорошо вместе.