Он ворчливо пробормотал «поторопись» и ушёл вместе с Боулдером.

— Я бы не вынесла, если бы кто-то так мной командовал… ты должна установить свои границы, Лаура, — прошептала я.

Лаура откусила большой кусок от пирога и задумчиво посмотрела вслед Магни, прищурившись.

Глава 14

Шпионы

Боулдер

— Ну, как прошла брачная ночь? — спросил меня Магни, после чего засунул в рот огромный кусок курицы.

— Хорошо, — сказал я и отправил в рот фрикадельку.

— Она подчинилась тебе?

— Что-то вроде того.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Мы целовались и ласкали друг друга, но она не захотела пойти до конца.

— Ты предоставил ей выбор?

Я рассерженно уставился на него.

— А ты что не давал Лауре выбор?

— Нет, конечно. Она моя жена, я сражался за неё, так что я само собой трахнул её в нашу брачную ночь, не спросив разрешения.

— Она сопротивлялась тебе?

Он фыркнул.

— Это было бы тщетно, по сравнению со мной она малютка.

— Хочешь сказать, что изнасиловал её?

— Конечно, нет. Лаура была правильно воспитана. Она отдалась мне, как подобает настоящей жене.

Я подбросил фрикадельку в воздух и поймал её ртом.

— Кристина не такая, как Лаура, если я не хочу травмировать её на всю жизнь, мне не следует её торопить.

Магни кинул взгляд на женщин.

— Я попросил Лауру рассказать Кристине о наших обычаях, уверен, она замолвит за тебя словечко.

Я проследил за его взглядом, надеясь, что он прав.

Когда мы ближе к вечеру вернулись в поместье, Кристина захотела принять душ, поэтому я выставил охрану у дверей в её комнату и отправился к Хану, чтобы поговорить с ним.

— Я хочу забрать Кристину к себе домой, — сказал я.

Хан сидел перед шахматной доской и указал на свободное кресло/стул.

— Я не хочу играть.

— Боишься проиграть? — бросил он, не поднимая глаз.

— Шахматы — не моя игра.

— Верно, но обыгрывать тебя в шахматы — так весело.

— Ты меня слышал? Я хочу забрать свою жену домой.

— Я слышал тебя, — он поднял глаза, — но мой ответ — нет.

— Почему?

— Потому что она меня заинтриговала, к тому же мне нравится, что вы оба здесь.

— Но ты с ней почти не общаешься.

— И все же я многое от нее узнал. — От самодовольной улыбки на его лице у меня по спине побежали мурашки. Это был верный признак того, что Хан замышляет недоброе. Сжав руки в кулаки, я опустился в кресло и наклонился вперед.

— Только не говори, что ты прослушиваешь нашу комнату?

Хан поднял голову и посмотрел на меня.

— Конечно, прослушиваю, — ответил он без малейшего признака стыда.

— Ты все слышал? — повысил я голос.

— И видел, — добавил он.

Я стукнул кулаком по его шахматной доске так, что все фигуры подлетели в воздух.

Хан невозмутимо откинулся на спинку кресла и указал на доску.

— Смотри, что ты наделал, Боулдер.

— Ты не имеешь права вторгаться в мою личную жизнь.

— Не указывай мне, что я могу или не могу делать, — жестко отозвался он. — Ты мой друг, но я не потерплю диктаторских замашек.

— А я не потерплю, чтобы ты шпионил за мной. За нами!

— Тебе нечего стыдиться. Думаю, ты проделываешь неплохую работу, соблазняя ее. Твоя брачная ночь была весьма занимательной.

Я взорвался и отшвырнул стол в сторону, схватив его за воротник обеими руками и заглянув ему прямо в глаза.

— Ты гребаный мудак.

Хан выгнул бровь, оставаясь невозмутимым.

— Отпусти, Боулдер, или пожалеешь.

Я оттолкнул его, взревев от отчаяния. Этот человек был хитрым засранцем, обладающим огромной властью, я должен был предвидеть, что он сделает нечто подобное.

— А ванная комната? Ты и голой ее видел?

Он кивнул и встал за спинку кресла.

— Она красивая женщина.

Меня охватила такая ярость, что захотелось убить его за то, что он видел мою жену полностью обнаженной. Даже я не видел Кристину такой уязвимой.

— Расслабься, посмотри на это с другой стороны — я бы мог настоять на том, чтобы она вышла замуж за меня, сблизиться с ней. Но я оказал эту честь тебе. Разве прошлая ночь была неприятной?

Я стиснул зубы, мне нечего было ответить.