— «…Покорись», — прошептал мне на ухо его брат, сжав мой сосок в болезненном наслаждении. Раздвинув бедра, я дала понять, что больше не собираюсь с ними бороться. Я была в их власти и не жалела об этом…»

— Видишь, — поддразнил ее Боулдер, — женщины любят, когда мужчины их трахают. Подчиняться нам — заложено в вашей природе.

— Чушь, — запротестовала я.

Он отложил книгу и сосредоточился на мне, его глаза были полны озорства, когда он поднес руку к моим губам.

— Кристина.

— Да?

— Скажи, что подчинишься мне, — сказал он и стал серьезнее, чем прежде.

— Никогда!

Он не отвел взгляд, когда притянул меня к себе для поцелуя, я не сопротивлялась.

— Я хочу тебя, Кристина, — прошептал он.

Я не ответила ему ничем, кроме поцелуя.

— Скажи, что тоже хочешь меня, — уговаривал он.

— Мне нравится целоваться с тобой, — призналась я и позволила ему уложить меня на спину.

— Сегодня ты позволишь мне увидеть твое тело, — сказал он и накрыл нас одеялом.

— Не тебе решать, — возразила я с легкой улыбкой на губах.

Боулдер прижался лбом к моему лбу и тихо произнес:

— Пожалуйста, Кристина, я хочу коснуться твоей обнаженной груди, почувствовать твое сердцебиение.

— А может, моя грудь не так идеальна, как та, которую ты привык видеть у секс-ботов?

Он отстранился и окинул меня взглядом.

— Никогда не сравнивай себя с секс-ботом. Клянусь, я буду любить твою грудь, какой бы формы и размера она ни была.

— Ты уже знаешь размер, ты прикасался ко мне вчера.

То, как он закрыл глаза и втянул в легкие воздух, а затем дерзко дернул меня за рубашку, немного встревожило меня. Боулдер был полон решимости увидеть мое тело, поэтому мне нужно было убедиться, что я в безопасности.

— Стой!

Услышав это слово, он замер.

— Что случилось?

— Ты слишком торопишься.

Не прерывая зрительного контакта, он медленно потянул мою рубашку вверх, его руки коснулись моей кожи, а рот слегка приоткрылся, когда рубашка собралась у меня под мышками. Мы оба знали, что мои груди были обнажены, и все, что ему нужно было сделать, это опустить взгляд, чтобы увидеть их своими глазами.

Его кадык снова дернулся, когда он сглотнул, после чего его взгляд опустился на мои упругие груди, тянувшиеся к нему своими сосками.

Было забавно наблюдать за тем, как его глаза расширились, а уголки губ приподнялись в улыбке, прежде чем он уткнулся лицом в ложбинку между моих грудей, а затем коснулся, лизнул и осторожно прикусил нежную плоть. Звуки восторга, которые он издал, меня рассмешили.

— А что такого особенного в грудях? — спросила я и почувствовала, как внутри моего живота разлилось тепло, когда он обвел языком мой левый сосок и пососал его.

— Они просто идеальны, мягкие, удивительные…

Я была поражена тем, как он ласкал мое тело, и запустила пальцы в его волосы. Это был не такой уж плохой эксперимент, я начинала понимать, почему мужчины и женщины занимались этим регулярно.

— Твоя борода щекочет, — сказала я.

— Потому что у тебя очень чувствительная кожа. — Он улыбнулся мне с еще большим озорством в глазах и, убедившись, что я все еще укрыта одеялом, спустился ниже, поцеловав меня в пупок и расстегнув штаны.

— Ты обещаешь, что остановишься, если я попрошу? — спросила я и удостоилась кивка в качестве подтверждения.

— Приподними свою попку, — попросил он и стянул с меня штаны. Я накрылась одеялом с головой и посмотрела на него сверху вниз, пытаясь понять, что он задумал. Первый поцелуй на внутренней стороне моего бедра навел меня на мысль, и я покраснела, вспомнив о том, что мы только что прочитали.

«Он ведь не собирается целовать меня там, да?»

Боулдер лизал и целовал каждый дюйм моей кожи, все ближе и ближе подбираясь к моему естеству, и теперь покалывание от его бороды было приятным.

«Когда я вернусь домой, никто не должен узнать о случившемся. Это всего лишь научный эксперимент, он не причинит мне вреда», — убеждала я себя, когда пальцы Боулдера устранили последнюю деталь одежды, стоявшую между ним и моей абсолютной наготой.

Глава 15

Обычный

Боулдер

Я был так чертовски близок к своей цели, но Кристина снова остановила меня, прежде чем мы перешли непосредственно к сексу. Я прикасался к ней, целовал, лизал, пробовал на вкус, и это было охренеть как круто.