— Олесь.

— А что? У меня у самой дома такой валяется, да и Панкратову нервы успокаивать периодически не помешает.

— Ну тебя. Если серьезно, то я думала купить воздушные фонарики… Запустим потом вместе, — пожимаю плечами. На большее фантазии у меня не хватило.

— Да ты романтичная натура. Мне нравится, пошли.

Бережная тянет меня за руку в магазин «Творчество». В этом торговом центре ему отведена площадь в несколько павильонов. Слово «творчество» в названии скорее для красного словца, потому что, по сути, здесь можно купить все — от масляных красок до детских игрушек, книг и даже чехлов на телефон.

Мы торчим там минут сорок. Просто бродим между рядов, рассматривая настолки, полотна для картин по номерам и даже яркие нитки для вязания.

— Кстати, — Леська даже подпрыгивает на месте, — я на шесть записана в салон на прическу. Не хочешь со мной?

— Да нет. Я феном немного объем сделаю, и нормально.

Не говорить же ей, что с деньгами у меня туго. Я заплатила за комнату и осталась почти на мели. Да и, если только заикнуться, Бережная на буксире потащит меня с собой и все оплатит сама. Это, конечно, мило, но пользоваться дружбой в таком ключе я не хочу.

— Ну ладно. Жаль…

— Так, пошли уже на кассу, и так уже час тут слоняемся.

— Ой, ну не час.

Олеся смеется, и уже через пять минут мы спускаемся на парковку. По дороге домой мы болтаем обо всякой ерунде. Бережная подбрасывает меня до самого подъезда.

Забираю пакет и быстрым шагом поднимаюсь в квартиру. Бросаю ключи на стол в кухне, мгновенно вникая в мамин разговор с сестрами. Близняшки получили в школе замечание по поведению, теперь сидят, опустив голову, и со страдальческим видом внимают маминым наставлениям о том, как себя вести нельзя.

Наливаю себе чай и, пока тот стынет, запираюсь в ванной, чтобы принять душ.

В шесть я стою перед зеркалом в своем любимом брючном костюме. Пиджак и брюки, в которых я ходила в клуб на встречу с Андреем, когда мы еще не были в отношениях. Контрольный раз прочесываю кончики волос и подкрашиваю губы. Сегодня решила не привлекать к себе внимание и отложить красную помаду в стол. Нанесла лишь немного блеска.

— Есенька, ты…

Мама заглядывает в комнату и замирает.

— Что?

— Какая ты у меня красивая.

— Мам, — привычно смущаюсь и засовываю телефон в карман пиджака. — Ты чего зашла-то?

— Ты точно решила съезжать?

— Да.

Повторяю в сотый раз. Я сообщила эту новость лишь утром, но, кажется, было бы лучше это сделать по факту переезда.

— Ну ладно… Ты уже взрослая у меня. Хорошо повеселиться.

Знала бы ты, мамочка, что это будет за веселье… В своей голове я представляю стандартный киношный прием в формате фуршета, а вокруг лощеные люди, доверху наполненные снобизмом.

— Спасибо.

В прихожей снова украдкой смотрю в зеркало и выхожу на лестничную клетку. Под окнами меня уже ждет Андрей.

Выдыхаю и направляюсь к машине.

— Привет, — целую его в губы сразу, как оказываюсь в салоне. Меня окутывает запахом его туалетной воды. — С днем рождения, — добавляю уже тише.

— Спасибо.

Его пальцы щекочут кожу на моей шее, а глаза нагло посмеиваются.

— Что там?

Панкратов нагло заглядывает в пакет, а я краснею.

— Фонарики, у меня для тебя сюрприз. Это для него.

На самом деле я не рассказала Олесе всю мою задумку. После основного празднования в доме Панкратовых я хотела предложить Андрею сбежать. В том, что он поддержит мою авантюру, я уверена.

Запустить фонарики на набережной, конечно, романтично, но основная идея в другом.

Танька, которую я тогда выручила в клубе и полночи плясала гоу-гоу, помогла мне без финансовых затрат арендовать в том заведении приват-комнату на пару часов. Там есть все для того, чтобы станцевать для мужчины в интимной обстановке.

Не знаю, как моя идея выглядит со стороны, но в том, что Андрею она понравится, это точно. К тому же мы давно живем не в каменном веке. Я хорошо двигаюсь, и не воспользоваться таким своим преимуществом просто глупо.

— Я заинтригован. Выглядишь шикарно.

— Спасибо.

Андрей отвлекается на дорогу, а я нервно тереблю чехол телефона. Сумку с собой не брала намеренно, она будет только мешать.

Когда до дома Андрея остается несколько метров, я с замиранием сердца смотрю на распахнутые ворота и чувствую легкую панику. Последний мой визит в этот дом закончился не самым лучшим образом.