Знаю я её сюрпризы. Видимо, одному из моих однокурсников в пьяном угаре налепили резиновый мужской орган на лоб. Смотри, Дашка, радуйся, какой прикольный единорог. Может и бодаться, и любиться.

Да ну нафиг.

Как назло, Светка многозначительно молчала, только хитро ухмылялась.

— Ну?

— Всё тебе скажи! — Она топнула ногой. — Давай же, некогда булки мять!

— Я не буду переодеваться. Показывай сюрприз так.

Светка ответила таким трагично-пронзительным вздохом, что любой сухарь бы размяк.

Кроме меня.

— Куртку хотя бы накинь! — приказала девушка.

Мы спустились на грохочущем всеми шестеренками лифте, вышли из общежития. Охранник в будке никак не отреагировал на нарушителей пропускного режима, ибо крепко спал, уткнувшись лбом в гостевой журнал.

Очки я надеть забыла, но решила не возвращаться за ними в комнату. Что случится-то за пять минут?

Я поежилась, оглядев размытую туманом улицу. Плохо, когда ничего не видишь. Очертания нечеткие, вроде осознаешь, что перед тобой, но нужно вечно щуриться, всматриваться.

Ну и что тут такого?

Небо такое черное, словно звезды смело порывом ветра. Взад-вперед по дороге снуют автомобили. Люди топчутся, ходят, не останавливаются.

Но что мы тут делаем?

— И?

— Что «и»?! — возмутилась Светка, показывая на дорожку. — Вот же! Попросил меня вытащить тебя из общаги, потому что сама ты никогда бы не вышла! Прикольно же?! Сюрпри-и-и-из!

Я проследила за её пальцем, сощурилась до боли в глазах, вгляделась в лицо человека, который стоял, склонив голову набок и поглядывая на меня с хищной ухмылкой. Темные вьющиеся волосы. Недельная небритость.

Не может быть…

Витя…

Тот, который методично втаптывал меня в грязь, который насмехался над моей внешностью. Который выставил меня фригидным чудовищем перед всем общежитием и считал это прикольным.

Внутри всё почернело и съежилось, будто газета, опаленная костром.

Я развернулась, чтобы позорно сбежать, но не успела. Человек из прошлого настиг меня в один шаг, стиснул пальцами предплечье так сильно, что останутся синяки.

— Привет, котеночек, — шепнул на ухо, и от этой невинной фразы зловонно пахло. — Светик, спасибо, что помогла, а теперь топай домой. Дальше мы с Дашкой разберемся сами.

— Да ладно, обращайся, — зарделась юная дурында, которая Витю могла знать от общих знакомых.

В компаниях-то пересекаются, даже если кто-то и окончил университет два года назад.

— Что тебе нужно? — Я отпихнула бывшего парня, сузила глаза и подумала о том, что мне не помешал бы переносной огнемет.

Вытащил. Сжег. Сгреб пепел в совочек.

Очень удобно!

— Да ничего особенного. Соскучился. — Он приторно заулыбался. — Обидно, знаешь ли. На СМС не отвечаешь, телефон всегда занят. Я начинаю подозревать, что ты меня попросту заблокировала.

Вообще-то так и было. В тот самый день, когда он удумал вновь объявиться в моей жизни, я добавила Витю во все черные списки. Выпихнула из памяти, ушла с головой в отношения со Стасом.

— Правильно подозреваешь. Пошел вон.

— Чего тут вредничаешь? Храбрая такая стала, смотрю. Красивая. Недавно Сережка Кошелев сказал, что ты себе нового любовника нашла, какого-то престарелого преподавателя. Неужели это правда? — он помолчал, но ответа так и не дождался. — Мне так грустно стало, захотелось увидеться. Поговорить. Я ведь вспоминал тебя.

Рука вновь оказалась на моем плече. Витя сгреб меня за шкирку, осмотрел со смесью интереса и чего-то ещё, грязного, липкого. Я попыталась вырваться, но он держал крепко.

— Пусти!

Самое обидное, что на балконе первого этажа курили студенты, но никто не реагировал на мой крик. Думаю, даже если орать во всю глотку, они просто проигнорируют.

Ну и куда деваться? Кого просить о помощи?

Мимо ржавой ограды, что отделяла общежитие от внешнего мира, прошел мужчина с десятком гигантских воздушных шаров, которые тянулись за ним на веревке.

Не звать же его?

А больше некого.

Люди как будто испарились.

— Отпусти меня немедленно, — зло шипела я, а Витя хмыкал.

— Ты выросла, интересная стала. Почему не веришь, что я хочу пообщаться? Неужели совсем не скучала по мне? Мне не нравится, что тебя лапает какой-то старый импотент. Считай меня собственником, котеночек, но я хочу тебя вернуть.

Он приблизился к моей шее, оставил на ней мокрую отметину губами. Я брезгливо поморщилась, дернулась, но оказалась лишь сильнее вжата в кожаную куртку.