Жена выглянула на него из кухни, махнув рукой, испачканной в муке. Щека и кончик носа тоже были припудрены.

– Ты рано сегодня, - улыбнулась она.
– Я тебя не ждала.

Аяз с теплой улыбкой оперся плечом на косяк двери, любуясь ей. Ему казалось, что она стала еще красивее, чем в юности. В тяжелой гриве волос, заплетенной в простую косу, иногда мелькали белые пряди, которые потом странным образом пропадали, бедра стали круче, и грудь после пятерых детей увеличилась, и сама Виктория чуть располнела. Но Аяз был степняк, и это ему нравилось. А глаза у нее были по-прежнему яркие как небо, и смотрели на него с нежностью и любовью, а это было главное.

– Ты не в кофейне, - наконец, прошептал он.

– Я там утром была, - пожала плечами женщина.
– Народу немного. Холодно.

– А Белла?

– Ее мальчишки на горку утащили. У хана в саду поставили. Там и ночевать будут. Наймирэ всё считает, что мы тут мерзнем.

– А мы не мерзнем?
– улыбался степняк, снимая, наконец, длинную доху и стряхивая снег с высоких сапогов на меху.

Виктория бросила большой ком теста в деревянную миску, вымыла руки и обхватила ими холодное лицо мужа.

– А нас любовь греет, - шепнула она, нежно целуя.
– Всё, раздевайся и садись у огня.

– У меня был тяжелый день, - сообщил ей супруг.
– Столько сил потратил, ух! Еле на ногах стою! Пойдем наверх?

– Врешь, - не купилась Вики.
– Ты вообще в больнице не был. Твои врачи обедать ко мне приходили. Сказали, что у больного воспаление легких, пришлось им самим справляться.

– И как, справились?
– немного напрягся Аяз.

– Разумеется. Ты же не один целитель в больнице. Где ты был, кстати?

Она не ревновала, уверенная в его любви, но поддразнивать его ей нравилось. А еще нравилось забираться немного озябшими уже руками ему под рубашку - дома и в самом деле зимой было холодно. Наймирэ, конечно, предлагала им переехать во дворец на пару недель, пока морозы не кончатся, но они слишком любили свой дом, чтобы покидать его из-за такой мелочи.

– Я до границы проехался, почту забрал, - признался Аяз.
– Кстати, нам посылка из Катая.

– Письмо от Лили?
– обрадовалась Виктория.
– Что же ты молчишь, окаянный!

– Нет, письмо от Ли, - ухмыльнулся мужчина.
– Очень интересное, кстати.

Он запоздало подумал, что там и от дочери, возможно, что-нибудь есть, но со своим медицинским трактатом он даже и не подумал об этом, а потом его и вовсе интересовало только "движение карпа на крючке". Виктория, видя, что муж явно желает продолжить их беседу в постели, выставила тесто за окно - завтра испечет свои пироги, а пока есть дела поинтереснее. Она и сама уже успела соскучиться по Аязу, да еще пустой дом сразу навевал на порочные мысли. Сейчас ей казалось странным, что она могла когда-то не любить его. Муж был самым близким ей человеком. Он один знал все ее секреты, готов был разделить все сомнения и страхи. И ночи тоже. Иногда Виктории казалось, что она чересчур развратна для женщины, чересчур желает близости с ним, слишком громко стонет и слишком сильно наслаждается. Будь ее мужем какой-нибудь галлийский лордишка- кто знает, не сбежал бы он от ее темперамента, бросив супругу в холодной спальне. Многие степные женщины жаловались на своих мужей, что им тяжело терпеть их ненасытимость, а ей и вовсе сочувствовали - даже Влас Демьянович после экспериментов с катайцем осторожно уточнял, все ли у нее в порядке, но Вики только удивлялась их вопросам. Разве может быть слишком много любимого человека?

Но Аяз умел ее удивлять. Он порой даже не спрашивал ее мнения, просто брал ее так, как хотел; хотя она и знала, что в любой момент может остановить его, но разве она хоть раз хотела его остановить? Он никогда не причинял ей боль в постели, разве что кусал ее слишком сильно, увлекшись, ну так и она могла расцарапать ему спину в порыве страсти или оставить следы от зубов на плечах.

Он хотел от нее всего и сразу, и даже совершенно немыслимых вещей - она еще тогда не понимала, что немыслимых вещей между двумя любящими людьми просто не существует; а он даже не представлял, о чем рассказывала его наивной жене всезнающая Стефа.

Сейчас Виктории было очень любопытно, что же такого задумал ее супруг. Глаза у него просто искрились лукавством, и губы подрагивали от нетерпения. Затащив жену на кровать и укутав в одеяло по уши, он сел рядом, развернул длинный свиток и зачитал вслух:

– Руководство для брачных чертогов.

– Это то, о чем я думаю?
– восторженно спросила Виктория.

– Ага, катайский учебник постельной науки.

– А почему такой маленький?
– прятала улыбку Вики.
– Мы бы с тобой написали явно больше.

– Дремучий народ, - пожал плечами Аяз.
– А еще древнейшая нация! А нет... тут указано, что переводчик опустил большую часть информации, оставив только практическую часть. Итак, что у нас интересного? Воздержание не полезно и ведет к смерти тела... Хм... как врач говорю, врут.

– А может, не врут?
– смеялась жена.
– Они лучше знают.

– Еще ни один человек от отсутствия секса не умер, - убедительно говорил степняк.
– Но если ты настаиваешь... тогда мы с тобой будем жить вечно. Хотя нет, не будем... Смотри, тут написано, что чем больше у мужчины наложниц, тем больше в нем энергии и здоровья, а женщины должны быть непременно нерожавшие и не старше двадцати пяти лет. Интересно, наши арыны копии с этой ерунды в подушках прячут, что ли?