Таис впервые пошутила. Наверно, это был хороший знак.

Город-база не был разрушен до основания. Мы смогли убедиться в этом на следующем витке, пролетая над ним. Судя по всему, пришельцам удалось обиться от внезапной атаки, большинство зданий и сооружений уцелело. А ещё через несколько витков начались восстановительные работы: на улицах появилась техника, расчищающая завалы, а какие-то исполинские машины восстанавливали стену по периметру.

Но на связь с нами вышли только через сутки.

Во время моей вахты постоянно включенный приёмник вдруг заговорил:

— Внимание, представители цивилизации, стартовавшей в чрезвычайных обстоятельствах. Видим вас на орбите. Подготовьтесь к визиту переговорщика.

Я сначала растерялся; они не говорили, что собираются снова посетить челнок, тем более на орбите. Это было немного странно.

— Приняли, ожидаем, — ответил я.

И в этот же самый момент посреди рубки возникла та самая специалист по контактам, которая вела с нами переговоры внизу, на Земле.

Признаюсь, я остолбенел. Конечно, мне уже довелось повидать много чудес, но телепортация пока ещё не встречалась. Даже мой тюрвинг действовал иначе — он не был способен переносить сквозь твердые объекты. Перемещение было ограничено зоной прямой видимости.

— Кризис завершён, — сказала гостья, — предлагаем вам вернуться на планету. Мы организуем посещение звездолёта материнской цивилизации.

— Стойте! — воскликнул я; на какую-то секунду я подумал, что нас тоже телепортируют вниз, на Землю.

— Что-то случилось? — спросила гостья, замерев посреди рубки.

— Я подумал, что вы прямо сейчас меня телепортируете вниз, — ответил я.

Пришелица выдержала довольно долгую паузу. Потом подняла хоботок.

— Вы подумали, что я здесь физически, — сказала она, — это не так. Мы используем свои средства связи. Они позволяют имитировать физическое присутствие для удобства коммуникации. Перемещение тоже возможно — но энергетически не оправдано. Чтобы осуществить моё физическое перемещение на ваш корабль с поверхности планеты, не повредив его, потребуется энергия, сопоставимая с той, которые наши корабли тратят для межзвездных путешествий.

— Ясно… — ответил я, — что ж. Я рад, что вам удалось справиться с проблемами. Кстати, что это было? Мне показалось, что во время нападения менялась даже гравитация!

— Верно, — кивнула гостья, — обитатель этого мира освоил гравитационное оружие. Предполагаем, именно так он мог сбивать с курса звездолёты других цивилизаций и захватывать наши грузовики. Но, судя по всему, у него ограниченные энергетические ресурсы. Похоже, на вчерашнюю атаку он истратил все запасы, которые удалось накопить с момента нашего появления.

— Вы очень оптимистично настроены, — заметил я.

— У нас для этого есть основания. Если бы оно могло нас уничтожить — то уже давно бы это сделало. Думаем, что это была его последняя, отчаянная попытка.

— Ясно… кстати, что вы собираетесь с ним делать? Уничтожить? Но как? Я так понимаю, он распространился по всей планете!

— Речь об уничтожении не идёт, — сказала пришелица, — мы только желаем принудить его к адекватному поведению.

— А если не получится?

— Мы что-нибудь придумаем, — автопереводчик плохо передавал интонации, но мне почему-то показалось, что гостья говорила с раздражением, — итак, мы приглашаем вас в низ, на корабль материнской цивилизации. Точка приземления находится вот здесь.

Прямо перед гостьей в воздухе материализовался огромный глобус. Повинуясь её жестам, глобус поворачивался, и увеличивал масштаб точки, на которую указывала её конечность.

— Сможете привести ваш корабль сюда? Могу на всякий случай оставить карту, — предложила гостья.

— Думаю, что сможем, — ответил я, — но карту на всякий случай оставьте.

— Хорошо. Тогда до встречи внизу.

Пришелица исчезла. И сразу после этого на мостик вошёл Кай. Напарник недоумённо поднял бровь и молча указал на глобус.

— Новая система навигации, — прокомментировал я, усмехнувшись, — подарок от наших друзей. Это голограмма.

— Как-то быстро ты их в друзья записал… — заметил Кай.

Поначалу я решил, что пришельцы ошиблись. Указанная им точка находилась прямо посреди океана, который лежал между двумя вытянутыми «рукавами» единого континента. Кажется, он называется Палеотетис, если я ничего не путаю. Или это всё-таки море? А океан называется Панталасса? Не скажу точно. Хотя название у Панталасса забавное. Почему-то оно вызывает у меня странные ассоциации то-ли с именем Пантелеймон, то-ли со старинным словечком «панталоны».