— Будешь все время вспоминать мне Шатари? — недовольно нахмурился Вейн.

— Нет, еще несколько раз — и забуду. В конце концов, ведь это благодаря баронессе я здесь… Стоп! — У Евы в мозгу что-то щелкнуло, и паззлы сложились. — Катар нанимает пиратов, через сестру договаривается с предателем в крепости и способствует твоему похищению, Шатари пишет в трипту, что наш брак недействительный… Она кому расчищала дорогу, себе или моему будущему новому мужу?

— Уверен, она не в курсе игр старшего брата. Шатари никогда не отличалась умом.

— Она мечтала стать герцогиней Ридверт, а Катар хотел крепость. Одно другому не мешает. Как рассуждает женщина? Ей — герцог, титул и земли, брату — я и крепость. Все честно. Идеальный план, даже жаль, что я им его подпортила.

— Считаешь, я бы женился на Шатари? — Вейн с интересом посмотрел на Еву.

— Ну… вдруг ты в нее безумно влюблен? Все же столько лет вместе…

— Боги! — эмоционально воскликнул герцог, закатывая глаза. — Да с ней только спать можно! И давай будем считать, что те несколько раз уже прошли. Я бы все равно от нее избавился после твоего совершеннолетия.

Пришла очередь Евы закатывать глаза. Но она была согласна с Вейном — Шатари в прошлом, причем в чужом прошлом. Но вслух соглашаться с мужем она, конечно, не стала.

— Ты спрашивала, почему я до сих пор жив, так вот, я предвидел, что от меня попытаются избавиться, и завязал на себя все заклинания, сдерживающие силу крепости. Не стань меня и…

— И?.. — Ева навострила ушки, вот сейчас она узнает тайну Великана.

— И будет много проблем, — не оправдал ее надежд герцог. — Ты очень рисковала, приезжая сюда.

— Считаешь, что нам следует расстаться? — Ева отбросила покрывало и легла, подперев голову рукой. — Советуешь мне выбрать другого мужа?

— Выбрать? Думаешь, тебе дадут такой шанс? — снисходительно посмотрел на нее командор.

— Куда они денутся? — Ева ответила герцогу уверенным взглядом, при этом слегка повернулась, шелк соскользнул, оголяя девичье плечико и демонстрируя, что под халатом на юной герцогине ничего не надето. — Если я приеду в крепость с новым мужем, им придется смириться, особенно если за спиной моего мужа будет стоять армада.

О! Ну наконец-то нужные реакции, а то Ева уже стала опасаться, что на герцога ничего не действует, и соблазнить его не удастся. А хотелось. Потому что ее гордость задевало его безразличие. Это уже стало делом чести — соблазнить собственного мужа!

— Не провоцируй меня, — в голосе командора появились низкие бархатистые нотки.

— Я для этого сюда и прибыла. — Ева начала медленно развязывать пояс. — В отличие от тебя, я желаю сохранить наш брак.

Вейн на мгновение прикрыл глаза, шумно втянул воздух. Ева, наконец, развязала пояс и… представила, как распахивает халат, а Вейн безразлично желает ей спокойной ночи. Картинка оказалась до того реалистичной, что она тихонько рассмеялась.

— Что смешного?

Пока Ева представляла себе всякие ужасы, Вейн вернулся за стол и быстро что-то писал. Брови сведены, сосредоточенный взгляд в бумагах, сейчас была очень заметна их разница в возрасте.

— Так из-за чего ты смеялась? — Он размашисто подписал послание и сложил лист пополам. — Письма для Марлина и Йерка.

Ева смотрела, как он встает из-за стола и потягивается, как играют и перекатываются мышцы под бронзовой кожей, и думала, что прежняя Ева была странной девушкой. Как можно было соблазниться простоватым здоровяком триптоном и не обратить внимания на такое поджарое симпатичное тело?

— Не хочешь рассказывать? — Вейн качнул головой и скрылся за дверью уборной.

У Евы заныло внизу живота от страха и предвкушения. Кровать одна, командору некуда будет деваться, не станет же он отбиваться от настырной невинной девицы. Она нервно хихикнула и прислушалась — плеск воды, звон стеклянных бутылочек с мылом и… стук в стену.

— Эй! — раздался едва слышный голос адмирала. — Командор, вы справились, помощь не нужна?

Ева не выдержала и громко расхохоталась. Это не адмирал, это тролль сотого левела!

— Нет, я все же убью его!

Ева подняла взгляд и поперхнулась смехом, ощущая, как краска заливает лицо, и решительность куда-то испаряется по мере приближения мужа. Вейн не стал заморачиваться одеждой, он даже полотенце на бедра не накинул, шел к кровати во всей первозданной красоте, совершенно не стесняясь наготы.

Мамочки…

— Я передумала! — выпалила Ева и попыталась натянуть на себя покрывало.

— Ну уж нет! — Голос Вейна прозвучал совсем не сексуально, а зловеще. — Я хочу сделать это с того момента, как ты переступила дверь этой каюты. И не намерен лишать нас этого удовольствия.