Матовая тонкая кожа покрывается мурашками. Белые, изящные плечи, выразительные ключицы.

Запах, от которого кружится голова. Мне кажется, я бредил этими ожиданиями. Жил ими все два года.

— Поцелуй меня, — ее шёпот отдает легким холодком, что медленно ползет по позвоночнику. — Поцелуй меня Денис.

И снова вереница головокружительных эмоций. Чувств. Они переполнят. Включается режим собственника. Все запреты летят к чертям.

Чувствую ее учащенное дыхание, оно опаляет кожу. Выкручивает руки своей естественностью.

Обожание этой девочки захлёстывает с новой силой.

Ночь хоронит все обиды и недопонимание. Поглощает своей простотой. Подчиняет.

Чувствую ее ответное сумасшествие. Ксюша стягивает мою куртку, прижимаясь теснее.

Поднимаюсь на ноги, продолжая держать ее на руках. Целовать.

Быстрые шаги наверх. Прохладные простыни и бешеное наслаждение.

* * *

Утро бьет обухом по голове. Состояние словно после самого затянувшегося в жизни похмелье.

Отходняк от новой реальности.

Ксюши рядом нет. Приподнимаю голову и снова падаю на подушку.

На часах уже обед.

Смотрю на фото Кира, что стоит на тумбочке рядом с кроватью, а в голове одна-единственная мысль: хватит ходить по кругу.

Мы все это уже проходили. Непринятие. Боязнь.

Принимаю душ и спускаюсь на кухню.

Ксюша кормит сына, что сидит в детском кресле с пристегнутым столиком.

Увидев меня, на секунды замирает.

Повисает напряжение. Пару раз сжимаю руки в кулаки.

— Я сегодня отъеду, думаю до вечера. Позднего. Хотел заехать на фирму деда, да и вообще пора разбираться с так называемым наследством.

— Хорошо, — кивает и подносит очередную ложку с супом к детскому ротику.

Присаживаюсь на барный стул.

Еще одна своевременная мысль: нужно найти куртку. Там кольцо. Нужно уже решится.

Внимательно наблюдаю за происходящим. Вчера, Кирилл воспринял меня без слез, но я прекрасно понимаю, что сегодня, это может измениться в любую секунду.

— Я хотела спросить.

— Спрашивай.

— Тут, — проводит ладонью по лбу, — я утром хотела повесить твою куртку в шкаф, — указывает в направлении прихожей, — и…

Она лезет в карман джинсов.

— …и вот, — разжимает пальцы, демонстрируя лежащее в руке кольцо.

На автомате стискиваю зубы и незаметно для себя, начинаю барабанить пальцами по поверхности стола. Вчера, я все таки зашёл в тот ювелирный. Купил кольцо, коробку. А потом выкинул красный бархатный квадрат в урну рядом с подъездом. Кольцо оставил, но никаких действий в итоге так и не предпринял.

Когда открыл глаза, после сна, твёрдо решил, что сделаю это сегодня. Не успел…

— Это необязательно…когда придет время, когда ты будешь готова…

— Ты хотел сделать мне вчера предложение? — склоняет голову чуть вбок.

Киваю.

— А почему не сделал?

— А тебе это нужно?

Вновь склоняя голову перед своей неуверенностью.

— Я примерю? — надевает кольцо и немного вытягивает руку вперед. Шевелит пальцами. — Мне, кажется, идет. Правда?

Говорит чуть тише, но ее губ уже коснулась улыбка.

— Очень.

— Я тогда оставлю так, ладно?

Снова киваю. Все, что она сейчас делает — помогает мне.

Это вызывает улыбку.

Выпрямляюсь. Делаю пару больших шагов к ней. Останавливаюсь буквально в паре сантиметров.

Крепко сжимаю ее правую руку.

— Спасибо, — шепотом, касаясь губами ее виска.

— Но даже не надейся, что спрячешься на новой работе, которую подкинул тебе дед. Завтра у нас день, чтобы вместе побыть с ребенком, — смеется, запрокидывая лицо.

— Я очень тебя люблю, Ксень.

Эпилог

Нам понадобилось немало времени, чтобы влиться в нормальную жизнь.

Было сложно, иногда хотелось опустить руки. Бросить эту затею.

Приходилось продираться сквозь непонимание. Общие психи. Недовольства.

Если вначале мы опасались друг друга. Боялись ранить, то потом, сходили с ума. Орали как ненормальные, выясняя свои сложные отношения на сверх повышенных тонах.