Я падаю на заднее сиденье и попадаю в ловушку. Все двери закрыты. Соколов нависает надо мной. Бежать некуда. Впрочем, я совершенно не хочу этого делать. Он сказал то, что я хотела услышать. Его глаза мне это сказали. Упираюсь локтями в мягкое сиденье и слегка подтягиваюсь вверх.

Машина заведена, а еще затонирована наглухо. Нас не увидят, даже если сильно попытаются.

Денис хватает за лодыжки и тянет на себя. Одновременно стягивает с меня обувь.

— Вперед за острыми ощущениями? — выгибает бровь, вынуждая меня приподняться. Его ладонь проскальзывает под моей шеей. Удерживает.

Мы целуемся. Развязно, грубо. В какой-то момент это превращается в манию. Что-то неудержимое, похожее на болезнь. Дикая потребность друг в друге. Кожа к коже.

Соколов до конца рвет мое платье. Его пальцы скользят по чашечке бюстгальтера.

Я покрываюсь мурашками. Мне жарко. Живот сводит от уже знакомых ощущений. Тянусь к нему сама. Снова целую. Почему-то до жути хочу перехватить инициативу. Оказаться сверху. Склониться. Почувствовать, как его пальцы зарываются в мои волосы, оттягивают назад. Не сильно. Едва ощутимо. До приятных покалываний на макушке.

— Провоцируешь?

Спрашивает, внимательно наблюдая, как я снимаю с себя куртку.

— Пытаюсь тебе соответствовать, — улыбаюсь, высвобождаясь из рукавов.

— Уверена?

— Да, — облизываю губы и снова оказываюсь плотно прижатой к сиденью.

Его ласки распаляют. Превращают в тающую сладкую вату. Если все это сейчас прекратится, я просто умру. Но Денис продолжает. Гладит, целует. Доводит до исступления. Подстраивает под себя. Хотя я сама с радостью готова под него подстроиться. Ощущать на каком-то кармическом уровне. Когда от шага в неизбежность спасают лишь его руки, которые крепко стискивают мое тело.

Слышу, как рвется капрон.

Затуманенный разум лишает мыслей. Неистово. Я отдаю отчет своим действиям. Все, что сейчас происходит, правильно для меня. Я сама хочу этого. Не под его напором и не от сказанных им слов. Нет. Эта потребность сидит во мне. Воет волком и требует права на высвобождение.

— Моя девочка, — снова целует, а после нехотя отрывается. — Выдохни, — шепчет в самое ухо, и я мгновенно слушаюсь.

Его пальцы обхватывают мое лицо. Он смотрит в глаза. Выдирает из них каждую мысль, реакцию. Абсолютно все.

У него немного поплывший взгляд. Он наполнен обожанием и дикостью. Он порабощает.

Это неимоверный кайф — чувствовать себя желанной. Особенной.

Набираю в легкие как можно больше воздуха и резко выдыхаю.

Пронзающая тело боль смешивается с пониманием того, что все теперь изменилось. Для меня точно…

53

Мы с Юлькой сидим в ее комнате, в общаге. Забежали на перерыв между занятиями. Два часа безделья.

— Я за тебя переживаю. Эта его Крис не дает мне покоя, — Юлька взмахивает рукой и мгновенно роняет ее на кровать.

— Она не его, — начинаю заводиться. Меня изрядно бесит, когда имя Дениса и Холмогоровой употребляют в одном предложении.

— Ладно, — Юля выставляет ладони вперед, — пусть так. Но я бы на твоем месте была более осторожной. Мало ли что у нее на уме.

— Ты накручиваешь.

— А ты воспринимаешь эту девицу слишком легко.

Фёдорова встает с кровати и наливает в чашку только что вскипевшую в чайнике воду.

Пока она шуршит пакетом с пряниками, я успеваю пару раз пожалеть о том, что вообще рассказала ей все свои секретики. И про родителей, и про Дениса со всеми нашими заморочками.

О том, что мы переспали с ним в машине, тоже. Язык совсем за зубами не держится.

— Давай мы просто не будем о ней говорить, ок?

Подружка кивает и делает глоток чая. Пристально смотрю на ее живот, но никаких намеков на беременность все еще не нахожу. Как была худющая, так и осталась.

Оставшееся время мы залипаем в сериал, а потом едем в театр.

После занятий, где-то в районе девяти вечера, меня забирает Денис и целенаправленно везет к себе, моего мнения при этом не спрашивает.

Я уже третий день ночую в его квартире. И даже медленно начинаю ко всему этому привыкать.

Это прекрасное чувство. Невероятное. Мне хорошо с ним. Эти отношения кажутся правильными, несмотря на некоторые не столь радужные события.

Правда, сам Денис все эти дни находится в состоянии задумчивости. Словно решает какую-то головоломку. Сначала я думала, дело во мне…