— Так ненавижу… — до боли кусаю нижнюю губу. — Не люблю…

— Я уже это слышал, — Денис тянет мой подбородок к себе. Заставляет посмотреть в глаза. — И по-прежнему тебе не верю.

— Плевать.

— Придешь в субботу? — продолжает удерживать меня. Демонстрировать, что сильнее.

Он спрашивает о бое. Хочет меня там видеть?

— Боюсь крови, — смотрю на его руки, пальцы, что обхватывают мои запястья.

— Прости за то, что уехал, но так было нужно.

Денис касается губами моего виска.

Зажмуриваюсь. По телу расползается тепло. Откидываюсь спиной на его грудь, чуть запрокинув голову.

— Тебе было необходимо время, а мне холодная голова. Что бы ты себе ни придумала, но этот бой действительно важен для моей карьеры.

— А я нет? — всхлипываю. Рушу свою бетонную стену из обид.

— Ты передергиваешь. Только черное и белое, Ксень, так не бывает, родная. Так не бывает.

— Ты думал о том, чтобы все закончить?

— Думал. Я много о чем думал. Все стало бы проще…

— Идея прийти сюда была глупой, — отталкиваюсь, но Денис обнимает меня крепче.

Снова хочется зарыдать. Сказать, что тогда все кончено. Зачем нам лишние сложности?

— Самой глупой.

По голосу слышу, что он улыбается. Трогает мои волосы, лицо. Прикасается губами к виску.

У меня сердце от этих прикосновений сжимается. Но в голове до сих пор стоит блок.

— Не надо, пожалуйста, — бормочу, ощущая его пальцы под футболкой.

Соколов отступает. Я слышу его шаги за своей спиной. Удар по груше, от которого вздрагиваю и закрываю лицо ладонями.

Ну почему я такая? Почему вечно все порчу? Сама до сумасшествия хочу закончить этот затянувшийся скандал. Хочу, но постоянно делаю все с точностью до наоборот.

Торопливо иду на выход, не оглядываюсь. На улице с размаху влетаю в маму.

— Ксюша?

— Мама? Что ты тут делаешь… хотя…

— Даже не смей так думать. Я просто хотела обсудить всю эту ситуацию. Гадкую ситуацию. Ты же меня видеть не хочешь, мне нужен был совет, как действовать… Давай я отвезу тебя домой и мы спокойно поговорим. Я же не могу тебя потерять, правда?

Мама поджимает губы и выглядит несчастной.

Киваю и, шаркая подошвами по снегу, иду в сторону ее джипа.

70

Денис

Она под кожей. Въелась в кровь как второй кислород.

Каждое слово — удар. Мы словно на ринге.

Моя милая, маленькая девочка, что сводит с ума. Ты даже представить себе не можешь, как много для меня значишь.

Стала значить за такой ничтожно короткий срок.

Две недели — каждая мысль о тебе. Временами хотел сердце себе выдрать за собственную жестокость. Плюнуть на все и вернуться в Москву. Но нельзя.

Разве это что-то бы изменило?

Свалить к Вяземскому на Камчатку — единственная правильная идея.

По сотому кругу выяснять отношения с импульсивной девятнадцатилетней девчонкой в данном промежутке времени не было никакого смысла. Не отмоешься и не оправдаешься.

Ксюша у нас правильный квадрат. Все линии одинаковые, идеальные. Чтобы до нее достучаться, нужно башку свою разбить о стену ее отчуждения.

На носу бой, подготовка слетает к чертям. В голове только эмоции и ни единой здравой мысли. Полнейший апокалипсис. Нервы на пределе.

Ситуация с Рикой всплыла не вовремя. Дед постарался на славу. Конечно он. Больше некому. Да и вряд ли кто-то особо в курсе.

Решил показать, что все в его руках. Как бы не так. Если раньше я еще допускал мысли о приемствовании его бизнеса, то сейчас ситуация сложилась в категорическое нет.

Что бы ни происходило, я не должен был себе ее позволять. Уж точно не сейчас. Ксюша…

Огромный проделанный путь в карьере не может закончиться на встрече с девушкой, что бы я к ней ни испытывал. Со стороны этого легко не понимать. Осуждать. Разве карьера может быть важнее чувств? Один — один. Нужно уметь разделять. Холодная голова — залог здравых мыслей.

Нельзя потерять карьеру. Недопустимо. Я многое вложил, шел к этому не один год.

Во внешнем мире никто этого не заметит. Все видят только обратную сторону — успех. Нутрянку знают единицы.

Я не любитель громких сцен. Оправданий — тем более.