Сейчас меня волновало другое – почему так реагирую на Гранта? Он должен вызывать во мне неприязнь, ненависть, но никак не возбуждение. Понимала, что это физиология, но разве установки в голове не должны прерывать этот процесс?

Если я его ненавижу, никакого отзыва с моей стороны быть не должно. Но он был. Даже в тот момент, когда Роджер целовал меня, двигаясь во мне своим пальцем. И самое прискорбное – хотелось ещё.

Проклятье!

Ненавижу всё, что произошло. Ненавижу себя в том числе, потому что когда должна была искать выход из этой охраняемой крепости, спала со своим надзирателем. Ужасно. Недопустимо.

Но почему-то тело отзывается на его ласку, и в этот момент я перестаю быть собой, что меня очень пугало. И боюсь, в следующий раз точно я не смогу дать отпор, искушаясь столь приятным грехом.

Розмари

Смотря в окно и рассматривая хорошую погоду после вчерашнего дождя, хотелось выйти на улицу. В доме было слишком скучно, потому что я сидела только в своей комнате, изредка выходя на кухню. Уже устала есть, что даже начала набирать потерянный из-за стресса вес обратно.

Не выдержав, всё-таки решила выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Одевшись в лосины и свитер, нашла в пакете с вещами какие-то новые кроссовки, не моего размера. Обулась и пошла искать приключений на пятую точку.

Выйдя из комнаты, пошла к лестнице. Спустилась вниз и сразу же увидела Карлоса, который стоял в самом низу, у ступенек. Услышав мои шаги, он развернулся и сдержанно улыбнулся.

– Решила провериться? – киваю и иду к выходу. Словно тень, мужчина двигается за мной, осматриваясь по сторонам. Интересно, зачем мне его наблюдение? Сбежать всё равно не смогу, место слишком охраняемое, так зачем?

Неужели даже в доме есть опасность?

Решив не забивать этим голову, вышла на улицу, осматриваясь. Из окна своей комнаты я видела навесные на дереве качели, на которых и хотела посидеть. Не без помощи Карлоса мы нашли их, и присев на сырые после дождя доски, сильнее укуталась в свитер. Было прохладно, и я пожалела, что не взяла плед, думая, что здесь было тепло.

– Карлос, – позвала мужчину, несмотря на него. Куда было интереснее уставиться в одну точку на земле, чтобы сконцентрироваться на диалоге. – Скажи, что случилось с девушкой Гранта? Как она умерла?

Я слышала эту историю, но вдруг Роджер врал? Искусно лгал. Он же злодей, им нельзя верить. Если истории Гранта и Карлоса разойдутся, значит, всё это неправда, и я зря жертвую собой. Или не зря?

– Не могу сказать, – чёрт, почему же мне так не везёт.

На его слова молчу, невольно выводя носком кроссовка по земле неведомую мне картинку. Настолько увлекаюсь, что не сразу замечаю парня, склонившегося рядом и рассматривающего моё творчество.

– Ого, – восхищённо произносит. – Красиво. Ты рисуешь?

– Раньше, – ответила с сожалением. Давно я ходила в художественную школу, но после того как родители умерли и денежных средств было не так много, её я бросила, рисуя дома. Но мольберты, краски стоили слишком дорого для официантки, живущей на краю города, поэтому пришлось перестать заниматься своим хобби. – Сейчас нет.

Он ничего не ответил, выпрямляясь и делая шаг назад. Дорисовав человека на земле, стёрла его, устремляя взгляд вперёд. Ветер бил по коже, заставляя съёжиться и замёрзнуть. Несмотря на солнце, на улице было прохладно, поэтому надолго здесь не задержалась, возвращаясь в дом.

Там направилась в ванную, где пролежала два часа, пока вода не остыла. Раздумывала о сложившейся ситуации. С какой стороны не глянь – я в полной заднице.

Выйдя из ванной комнаты, не сразу поняла, что изменилось. Но когда напоролось взглядом на мольберт и несколько белых пакетов у входа, даже растерялась.

Я рассказала Карлосу о том, что рисую несколько часов назад, а всё это уже стоит передо мной во все красе. Не знала, как реагировать. Зачем они вообще купили всё это? Сейчас я пленница, а не гостья в этом доме.

Так зачем нужно было так напрягаться?

Но с другой стороны… У меня теперь было чем заняться, так ведь?

Поэтому переодевшись в сухую одежду, сразу же распаковала покупки, расставляя их там, где мне было удобней.

А затем, погрузившись в рисование, отгородилась от всего, позволяя себе на несколько часов вернуться в детство и вновь заняться любимым делом.

Роджер

– Босс, я купил и отнёс всё в комнату, – кивнул, продолжая работать.

Когда ко мне два часа назад подошёл Карлос и сказал, что овечка рисует, отреагировал равнодушно. Ну, рисует и пусть, мне-то до этого какое дело? Что и ответил своему подопечному.